Гости уже стоят за высокими фуршетными столами, потягивают алкоголь. Честно говоря, и сама бы пригубила бокал сухого, но теперь это точно не для меня.
Наблюдаю организатора, которая тут же расплывается в улыбке, но это не скрывает поникших глаз. В них будто вся горечь мира.
Шарю взглядом по людям, пытаясь увидеть ту персону, о которой вспомнила только в ночи, прокручивая ту сцену в отеле.
Однако, не наблюдаю племянницу Берестовой.
— Дариночка, я так рада… — она действительно будто немного отпускает напряжение, но чует мое сердце, все совсем не в порядке.
— Добрый вечер, — оглядываю всех сдержанной улыбкой, а Берестова тем временем принимается рассказывать стоящим рядом о моих достижениях.
— Людмила, давайте, я выступлю и… в общем, у меня немного времени. — поджимаю губы, чтобы не показаться грубой.
Та тут же кивает, и уходит видимо к ведущему или кому-то. Я же вновь рассматриваю женщин, собравшихся здесь.
На самом деле легко выявить тех, кто живет на попечении.
Это прямо чувствуется издалека. Не скажу, то ли вид белоручек выдает, то ли слишком яростное желание показаться участливыми к мероприятию. Лишь единиц я бы выделила, как женщин, имеющих что-то кроме обеспеченного мужчины рядом.
Через пару минут меня отвлекает Людмила, и я слышу как ведущий представляет меня ещё старой фамилией для присутствующих.
Укол в сердце игнорирую, и поднимаюсь на сцену.
— Доброго вечера, — посылаю улыбку и вздыхаю: — Я на самом деле не хочу томить вас долгими рассказами о становлении себя, как человека, имеющего свое дело.
Я скорее хотела бы рассказать про то, как не потеряла себя, несмотря на то, что мой муж был способен, готов и, в какой-то мере, даже хотел обеспечить мне безбедное существование. Мой путь начался давно, еще в то время, когда в кармане было буквально две сотни рублей, но уже тогда я знала, чем бы хотела заниматься. И вот сегодня перед вами тот человек, который осуществил мечту….
— по взглядам вижу, что им даже интересно, а я почему-то не чувствую той великой гордости за себя: — Я бы хотела вам сказать, что главное - это вера в себя. Да, именно она. Не мужчина, ни родители, ни кто-либо еще. Важны ведь только вы, верно? И может быть вам покажется бредом, но я безмерно люблю своего мужа, — тут немного царапает внутри, но не буду же я освещать личные проблемы: — Правда.
