Разводимся! Моя на тридцать дней

Не хочу вдаваться в подробности и открывать душу чужому человеку. Я теперь ни одному мужчине в принципе довериться не смогу.

- Дорогая, ты закончила? – тишину просторного зала разрывает стальной голос.

Несмотря на ласковое обращение, звучит оно как проклятие. Эхом прокатывается по опустевшему помещению, заполняет его мраком и кипучей ревностью.

Олег оборачивается на звук, а я выглядываю из-за них с Маруськой в сторону входа.

В дверном проеме, опершись плечом о косяк, стоит Матвей. Возвышается черным мраморным памятником, а цветы в его руках дополняют образ.

Огромный букет небрежно опущен и печально смотрит бутонами в пыльный пол. Муж держит его как веник, которым готов вымести конкурента из зала.

- Не буду вам мешать, - понимающе кивает Олег.

Мэт грозно преграждает ему путь, но обращает внимание на девчушку в его руках – и отступает. Провожает Олега испепеляющим взглядом, а потом поворачивается ко мне.

- Как давно он к тебе яйца подкатывает? – не выдерживает. Закипает от злости и безысходности.

- Морда знакомая.

- Грубо, Мэт, очень грубо, - цокаю неодобрительно. - Олег, между прочим, известный ресторанный критик, так что ты бы помягче с ним.

- Плевать мне, кто он, - выплевывает ядовито. - Если претендует на мою жену, то он просто труп.

Его слова ранят и одновременно будоражат кровь. Заставляют верить, что я все еще дорога ему.

- Нет у тебя жены, пора привыкать к новому статусу завидного холостяка.

Опускаю взгляд на цветы. Мои любые пионы. Такие же были в свадебном букете.

И часто появлялись на тумбочке в нашей спальне, особенно, после того как я ляпнула Мэту, что пионы повышают сексуальную энергию между мужем и женой. На удивление, это работало. Впрочем, между нами всегда пылал пожар. Наверное, кроме интима, у нас и не было больше ничего общего. Поэтому он так легко променял меня на другую.

- А что, у любовницы аллергия? – дерзко выплевываю, когда Мэт протягивает мне цветы.

Глухо выругавшись, он ищет место, куда бы пристроить букет. Со злостью поворачивается к мусорке в углу, но я перехватываю пионы.

- Нет уж, я их сегодня заслужила, - забираю себе тяжелую охапку, прижимая к животу. Пусть это будет его поздравлением с беременностью. – Почему ты не в ресторане?

- Дела были, которые сорвались, - абстрактно сообщает Матвей, будто опять что-то скрывает. - Оказалось, что могут и без меня прекрасно справиться.

- Жаль, так бы я успела спокойно домой уехать, - пожимаю плечами с показным равнодушием.