— Это мои-то кексы отрава? — охаю, подлетая к раздаточному столу.
Туда же подлетает и Софья, сразу на меня набрасывается:
— Ну и что это? Такой заказ тебе доверили, а ты…
— А что я?
Оглядываю блюдо с кексами. Они целы, Игорь Викторович даже не надкусил ни один из них!
«Неужели просто взял и вернул?! Истинный самодур в лучших ресторанных традициях?»
Потом замечаю на одном из румяных красавцев маленький надрез. То есть взял грамулечку, положил на язык или даже забыл положить… и вернул? Вот хам!
— Совершенно очевидно, что это блюдо невозможно есть! — фырчит Гарпия.
Делаю круглые глаза, хватаю с тарелки кекс, демонстративно надкусываю. Он тает во рту, он нежен, он сладок… Он идеален!
— Да вы попробуйте! — тут же возмущаюсь. — С кексом всё в порядке!
— То, что вкусно лично тебе, не обязательно можно давать другим людям… — закатывает глаза Гарпия. — Еще один прокол, и Игорь Викторович тебя сам уволит в обход Романа Даниловича…
«Ах вот что вам нужно…» — доходит до меня.
"
"Не то чтобы эта новость была для меня новостью… Но я решительно не понимаю, что не так с моей стряпней! А вдруг директор закажет обед и снова потребует, чтобы я сделала десерт? Ему ведь наверняка снова что-то не понравится, а меня пинком под мягкое место без объяснений? Персонал кухни еще и аплодировать начнет, когда я буду изгнана с позором. Тогда прощай все планы по моральному бичеванию дорогого муженька.
Если моя еда боссу не по вкусу, можно собирать вещички и сразу в Москву, чего пырхаться… Только я так не согласна!
— Ошибочка вышла, Игорь Викторович! Я не из тех людей, кого можно ругать, не объяснив за что… — грозно бурчу.
Снимаю поварской колпак и шагаю из кухни прямо в зал.
Что я теряю по большому счету? Либо мне объяснят, что я сделала не так, и я это исправлю, либо… А пусть дорогой босс только попробует не объяснить!
Спрашиваю у официанта, где сидит Игорь Викторович, цепляю на лицо самую обаятельную улыбку из своих запасов и направляюсь прямо к нему.
Глава 13. Улыбка сорок пятого калибра
Снежана
«Так, вот и он! — вижу босса впереди и строго себе приказываю: — Снежана, грудь вперед, попу назад — и улыбаемся, улыбаемся…»
Мистер Брюзга оказывается совсем не таким, каким я его представляла.
