Разврат (ЛП)

Отодвинув бедра чуть дальше, Гермиона приставила его ко входу во влагалище, истекающему смазкой с того самого момента, как Снейп впервые прикоснулся к ней. Не отрывая взгляда от его невероятных темных глаз, она опустилась на член, ощущая, как тот растягивает влагалище, и заметила, как затрепетали веки Северуса, когда наслаждение охватило его. Мягко вращая бедрами, она насаживалась все глубже, пока он не вошел в нее до конца.

И тогда Северус полностью расслабился. Находясь внутри нее, он чувствовал себя в безопасности.

Это стало его убежищем. Гермиона поняла, что может либо противиться и продолжать не доверять, либо принять его – мужчину, для которого секс стал неразрывно связан с глубокой потребностью в чувстве защищенности, и вся его неразборчивость была и могла бы до сих пор быть направлена на поиск этого чувства.

На самом деле, наверняка это нетрудно – быть с таким человеком: сложным, загадочным, раздражающим, высокомерным, но в равной степени великодушным, заботливым, прекрасным и выдающимся, еще и потакающим ее прихотям.

Которому не менее важно ее удовольствие: возможно, таким образом проявляется его желание заслужить признание и любовь. Как бы то ни было, Гермиона жаждала упиваться ощущением того, насколько она желанна для него. К тому же, вероятно, ничего другого им и не светит.

Северус отнес ее под водопад, и она вскрикнула, но дыхание тут же перехватило от ледяной воды, которая была безумно, до боли холодной, и все тело напряглось, пока Гермиона судорожно хватала ртом воздух.

Рев воды заглушил смех Северуса, но она чувствовала, как содрогается прижатый к ней живот. Уклонившись наконец от потока воды, она яростно поморгала, чтобы прояснить зрение, и увидела, что Снейп улыбается ей. И несмотря на то, что ее лицо онемело от холода, она улыбнулась в ответ. Увидев его счастливым, в этот миг Гермиона ощутила надежду, что он переосмыслит то, стоит ли ему остаться в этом мире чуть дольше.

Затем его губы коснулись ее губ, и он начал нежно толкаться в нее – и эти две точки соприкосновения их тел своим теплом резко контрастировали со стеной ледяной воды, обрушивающейся на них.

Гермиона обхватила его за плечи, отвечая на страстные поцелуи, иногда прерываясь, чтобы сделать глубокий вздох, но затем снова принималась покусывать и посасывать его губы и язык, стремясь испить его страсть вместе с капельками воды, стекающими с его мокрых волос.