Разврат (ЛП)

У Парсонса было столько сообщников, которые пособничали восстанию, что мы будем вести расследования и допросы до конца года.

– Похоже, у новой начальницы дел будет… по горло.

Гермиона смотрела на него, уже не в первый раз гадая, почему самые безобидные высказывания, произнесенные его сочным голосом, сразу приобретают сексуальный подтекст.

– Так и есть, – она решила проигнорировать намек. – И вообще-то, я была бы не так занята, если бы ты согласился на должность соруководителя.

– Хватит с меня ответственности, – протянул он, подавшись вперед так, чтобы коленом коснуться ее колена.

– И будешь просто вмешиваться при каждом удобном случае, – закончила за него Гермиона.

Он фыркнул и потерся голой ногой о ее ногу.

– Кто-то должен следить, чтобы принятые решения были правильными.

– Я всегда принимаю правильные решения, – возразила Гермиона с притворным негодованием.

– Иногда да, – он скользнул рукой по ее колену и нежно погладил его.

– Я приняла правильное решение насчет тебя, – улыбнулась она, вытягивая ногу и касаясь ступней его промежности.

– Мне тоже так кажется.

Она скользнула пальцами ноги по горячей выпуклости на его боксерах. Отложив вилку, Снейп обеими руками начал массировать ее ступню, одновременно потирая ею свой набухающий член.

– Это стоит приберечь на вечер, – простонала Гермиона.

– Думаю, к тому времени… я снова смогу быть… к твоим услугам, – он продолжал потирать подошвой ее ноги свою выступающую эрекцию.

Гермиона прерывисто задышала.

– Ну хорошо. Один раз. На столе.

Снейп усмехнулся. За ней всегда должно было оставаться последнее слово, чтобы она думала, будто это ее решение.

Взмахнув рукой, Северус заставил исчезнуть остатки завтрака. Не сводя с нее глаз, он встал, но вместо того, чтобы обойти стол, он просто двинул его бедром вперед к Гермионе, после чего приподнял ее одной рукой и уложил на гладкую поверхность.

Из-за румянца на коже отчетливей стали видны бледные следы когтей на ее щеке. Ему нравилось, что она никогда не скрывала их магией. Они выглядели как шрамы воительницы. Которой Гермиона, без сомнения, и являлась.

Это был первый раз, когда Гермиона и Северус выбрались в паб с тех пор, как вернулись из Шотландии.