Real-Rpg 14. Наследие (ex. Восхождение)

Правда, произойти это может как завтра, так и через месяц, сотни лет или никогда. Впрочем последнее — только если какая-нибудь авантюра меня прикончит. В остальном — я в себя верил…

Каменный алтарь поплыл, стремительно меняя форму и превращаясь в копию того, что я видел в земных храмах. И от него во все стороны пошла волна энергии, трансформируя и само здание. Колонны окрасились в чёрный и белый цвет, а фрески на стенах и потолке исчезли, чтобы смениться иными картинами. Причём событиям многих картин я был свидетелем, а на большинстве из них узнал и себя самого или ближайших союзников…

Мужчина в зелёной маске на краю крыши отбивается от гоблинов… Первая миссия, во время которой я чудом избежал гибели.

Ошибись хотя бы на секунду — и на камнях внизу валялся бы мой труп, а история пошла бы совсем по иному сценарию.

Вот я, в той же маске, поднимаю над головой золотой меч, чьё лезвие уже частично потемнело. Именно тогда, против собственной воли, я и ступил на путь ереси.

— Навевает воспоминания…

И вновь я — стою на стене, рассматривая осаждающую крепость орду гоблинов. Прошло всего лишь чуть больше года, но тогда гоблины были смертельной угрозой, а сейчас я мог бы вырезать подобную армию в одиночку. Тем не менее, именно тогда я принял решение встать на путь переговоров, а затем покинуть убежище и отправиться на разведку к центру города.

Сцены следовали одна за другой, пробуждая воспоминания.

Встреча с призрачным вороном, внутри которого скрывался осколок души Великого Ы. Установка маяка… Схватка с королем золотых обезьян… Битва за Токио… Схватка с крысиными монстрами… Сражение с исполинским червем в ливийской пустыне… Какая-то аллегория, в которой мужчина стоит на развилке между вратами, ведущими к разным богам… И битва с Хенгой на улицах разрушенной столицы… Последняя картина — человеческая фигурка, стоящая у алтаря… момент, когда я сделал выбор.

Картины выглядели весьма детализированными, но ни на одной из них нельзя было разглядеть лицо главного героя — иногда его скрывала маска, иногда — шлем, а иногда проблема заключалась в ракурсе, и он был обращён спиной к зрителям. И, с момента нашего разделения, фрески показывали уже не столько мои подвиги, сколько деяния старшего бога. Впрочем, весьма абстрактные и не позволяющие гипотетическому шпиону узнать ничего особо секретного.