Я хочу быть счастливой, понимаешь? Хоть что-то получить, хоть немножечко, пусть даже отобрать у кого-то.
– Ты хочешь строить свое счастье, вытирая ноги о чужую жизнь? Не думаю, что все получится.
– А тебе лишь бы морали читать! Помогла бы лучше.
– Нет, – спокойно повторила я, уже не думая о том, что подруга может обидеться окончательно.
– Почему?
– Потому что считаю это неправильным. Более того – уверена, что моя помощь тебе не потребуется. Скорее всего, твой распрекрасный Колпаков отлеживается у какой-то другой любовницы.
Сама рассказывала, какой он востребованный, потому что режиссер.
Оксанка, похоже, такой вариант развития событий не рассматривала, а потому слегка опешила, даже рот приоткрыла.
– Ах ты ж… – прошипела она, комкая очередную салфетку. – И ведь ты права – такое вполне может быть… господи, ну, почему мне всегда попадаются такие козлы, а?! Неужели я никогда не найду мужчину, который будет только моим? Почему я должна непременно делить его с кем-то? Зачем я вообще к нему вернулась?
Мне стало скучно – дальнейший текст я могла произнести вместо нее и не сбиться ни в единой фразе.
Оксана обожала себя жалеть, делала это вслух, громко, с разными эпитетами и цветистыми выражениями, чем порой доводила себя до настоящей истерики. Меня эти концерты уже давно не впечатляли, а, напротив, утомляли и вызывали раздражение. Взрослая женщина, а ведет себя как малолетняя глупая школьница, впервые влюбившаяся в физрука.
– Зря, боже мой, зря я вернулась! Ведь он меня снова обманет… сценарий готов, он его с собой забрал… – причитала Оксана, закрыв лицо ладонями.
В дверь просунулась голова Матвея, он показал глазами на рыдающую Оксанку и вопросительно уставился на меня. Я покачала головой и осторожно махнула – мол, иди, сама справлюсь. Муж аккуратно закрыл дверь. Теперь наверняка сам не рад, что поддался на Оксанкины уговоры.
– Ни денег, ничего… опять ничего, опять к Севке ползти побитой шавкой… не могу так больше, не могу… все врут, все подлецы…
– Наверное, тебе стоило один вечер посидеть за чашкой кофе или бокалом вина с бывшим, к которому вернулась зачем-то, чтобы понять наконец, почему же все-таки вы расстались в первый раз, – сказала я, не очень рассчитывая, впрочем, на понимание.
