Вика застонала, словно раненый зверь, бросилась к ящику комода. Судорожно вытащила его и, схватив дрожащими руками ту самую коробку с надписью Марк, с третьей попытки открыла её.
Такого ужаса, который проступил на её лице, он не видел никогда в жизни. Все черты исказились, превратились сначала в жуткую маску, а потом - в уродливую.
Злоба, дикая, безудержная, идущая, казалось, из самого адова пекла, проступила на лице Вики и она, бросившись на Яна, закричала:
- Что ты наделал, сволочь? Что ты сделал?!
Плюснова колотила его по груди, рукам, лицу.
Пыталась добраться до глаз скрюченными пальцами, выцарапать их. А Ян настолько опешил, что вообще не сразу понял, что случилось. Вика кричала, ей вторил проснувшийся ребёнок. Отец подскочил и попытался отпихнуть Плюснову, на что тоже получил пару оплеух.
И в этот момент Сереброва прорвало. Всё, что копилось в нём с момента, когда он начал узнавать об этой дряни то, что было скрыто под покровом прошедших лет, выплеснулось наружу. Схватив Вику за волосы, он отбросил её от себя.
Она упала, ударившись о подлокотник и, жалобно ойкнув, попыталась подняться. Пришлось вздёрнуть её наверх, пихнуть в кресло и, нависнув сверху, процедить:
- Сиди смирно, тварь! Иначе я тебя просто грохну!
Он сомкнул пальцы на её подбородке и с силой сжал. Вика смотрела на Яна испуганно, из взбесившейся ведьмы враз превратившись в кроткую дрожащую овечку.
- Ты сейчас расскажешь нам всё. Всё, что случилось тогда с Марком и к чему ты приложила руку. А потом засунешь поглубже свои сказки о подменённых детях и исчезнешь навсегда.
Желательно - из города. А если останешься и опять появишься рядом, я сделаю твоего ребёнка сиротой. Сяду, отмотаю срок, но тебя убью, ты поняла?
Она молчала, лишь только смотрела на Сереброва так, что он стал опасаться, как бы Викины глаза не выпали из орбит.
- Ты поняла?! - рявкнул Ян, и Плюснова поспешно закивала.
Едва он отошёл, как Вика подтянула колени к подбородку и, уткнувшись в них лицом, стала раскачиваться и тихонько подвывать. Этот звук совпадал с горьким протяжным плачем-стоном несчастного малыша, что голосил в своей кроватке.
Первым не выдержал Владлен. Взяв сына Вики на руки, принялся его укачивать. А Плюснова вдруг заговорила. Тихо, вроде бы даже спокойно. Выдавая тем самым долбаную психопатку, способную с лёгкостью впадать то в одно состояние, то в другое.
- Я тогда с Володькой Кареглазовым связалась. Помнишь такого? - начала Вика, подняв голову и посмотрев прямо в глаза Яна.
Тот кивнул.
