Одно дело понимать это самой и совсем другое - слышать, как об этом говорит муж.
- Мне уже плевать, сколько вы там виделись и когда. Я сказала - тому, что ты сделал, прощения нет.
Последующие несколько минут я наносила на лицо последние штрихи и всё это время чувствовала на себе пристальный взгляд Сереброва.
- Что мне нужно ещё сделать, чтобы ты меня простила? - спросил муж, когда я поднялась и принялась искать платье в шкафу, делая вид, что не замечаю Яна.
- А ты что-то уже сделал? Кажется, нет. Хотя, это к лучшему - не стоит зря напрягаться, Серебров.
Выйдя из спальни, я прислонилась к двери спиной. Сердце грохотало о грудную клетку, как сумасшедшее. Всё, что я говорила, то, как вела себя, требовало таких сверхусилий, который выжимали меня, словно лимон. А чудовищная растерянность от осознания, что Ян так и продолжает не понимать, ну или делать вид, что именно сотворил с нашей семьёй, схватила меня за горло когтистой лапой, мешая дышать.
Нужно сосредоточиться на работе. Хвататься за эту сторону своей жизни, как за спасательный круг.
Это самое главное. Это выручит непременно.
С этими мыслями я отправилась в ванную, чтобы переодеться и ехать к Михаилу. Конечно, могла попросить выйти из спальни Сереброва и надеть платье там, но не хотела давать мужу ни единого повода для новых попыток переложить всё с больной головы на здоровую.
- Арина, вы прекрасно выглядите, - улыбнулся Кабицкий, поднимаясь мне навстречу из-за столика.
Когда такси подъехало к ресторану, я успела пожалеть о том, что выбралась из дома загодя.
Ну, или даже сбежала. Прибыла довольно рано, потому нужно было решить - стоять возле дверей в «Дольче» и ждать, или же пройти внутрь в расчёте на то, что наш столик уже готов. И, как оказалось, Михаил уже приехал и ожидал меня.
- Спасибо, - ответила улыбкой Кабицкому. - Прекрасное место, - похвалила его выбор для проведения этой встречи.
Ресторан был оформлен в довольно лаконичном, но роскошном стиле. Когда эта самая роскошь не била в глаза, пуская пыль, но была заметна в каждой, даже самой незначительной детали, вроде колец для изумрудных тканевых салфеток.
- Я позволил себе небольшую вольность и заказал напитки для нас с тобой, - легко переходя на «ты», проговорил Михаил.
Я нахмурилась, даже не отдавая себе в этом отчёта, что Кабицкий тут же заметил:
- Если ты против, то давайте снова на вы.
Он открыто по-мальчишески улыбнулся, и я покачала головой и тихо рассмеялась.
- Я не против, давай на «ты».
