Ребёнок магната. Не.Разлучные.

Все это время рядом с Враговыми я ощущаю себя ценнейшим человеком на планете. Они настолько опекают меня, что не по себе становится. И даже Алекс, с которым у нас было… непонимание, относится теперь ко мне с теплом и заботой.

Враговы не дадут меня в обиду. Правда, я не могу утверждать, что именно за этим явился Ян. Я вообще не понимаю его.

Тишина давит. Нагнетает обстановку. И я почти готова покинуть свое убежище, как Ян начинает говорить. Пытаясь совладать со своей ненормальной реакцией на его голос, от которого мурашки растекаются по коже, я заставляю себя вслушаться в слова.

— Здравствуйте, Дана, — приветствует Ян осторожно, а я чуть не издаю облегченный вздох, но вовремя зажимаю рот рукой. — Мне нужно поговорить с вашей сестрой. Доминика дома, — звучит совсем не как вопрос. Скорее, как утверждение.

— Мика уехала в Польшу, и с тех пор мы с ней не виделись, — врет Дана, почуяв неладное. — Что-то случилось?

Морщусь недовольно. Моя сестра и ложь — понятия несовместимые. Надеюсь, Ян не почувствует подвох.

— Нет, ничего, — хмыкает Левицкий. — У нас… кхм… возникли разногласия. И мне очень бы хотелось поговорить с ней и многое объяснить.

Едва не издаю нервный смешок. Разногласия? До или после того, как его семья чуть меня не убила? А он сам обвинил в отравлении деда Адама!

— Мне стоит начать волноваться за свою сестру? Вы ее преследуете? — недовольно уточняет Дана. — Мика может быть в опасности?

— Рядом со мной — нет, — произносит Ян так уверенно, что мне хочется подбежать и рассмеяться ему в лицо.

Да он моя главная опасность! Мало того, что не защитил, так еще и растоптать грозился.

А еще эти чувства запретные, которые все усложняют…

Зачем я ему нужна сейчас?

Надеюсь, ничего не случилось с Даниэлем или дедом Адамом… Сердце замирает. Хочу спросить о них. Так сильно, что сжимаю руку в кулак и впиваюсь в ладонь ногтями, оставляя болезненные розовые полумесяцы.

Но нет. Пусть Ян убирается! Я не вернусь в Польшу!

— Я думаю, если бы Мика разделяла ваше мнение, то сама бы вышла на связь, — бросает Дана обвиняюще.

Ян прищуривается с подозрением, изучает мою сестру, потом окидывает взглядом гостиную, мельком скользит в сторону второго этажа, где я прячусь. На секунду мне кажется, что он обволакивает меня знакомой платиной своих глаз.

Нет, бред! Ян не может меня заметить. Разве что почувствовать мое присутствие. Но это не наша история.

— Что же, тогда до свидания, — бросает Левицкий с сарказмом, и совсем не похоже на то, что он прощается.

Но уходит.