Ребенок (не) от бывшего мужа

Моя одноклассница попросила сшить ей платье «прямо, как из журнала» и обещала за него заплатить. Мне так хотелось его сделать идеальным, так хотелось заработать первые деньги в своей жизни, что я совершенно потеряла счет времени. Когда тетя Лида пришла и увидела бардак, она впала в ярость. Надавала мне палкой по рукам, а затем вдребезги разбила машинку. Следом ее злость обрушилась на мои эскизы. Как сейчас помню, как умоляла ее остановиться, захлебываясь в слезах, но меня так никто и не услышал… — я сделала паузу, хмурясь.

— Руки быстро зажили, а вот машинки больше не было, и я стала шить руками. Волей-неволей, многому научилась, но было сложно. Я много лет мечтала о той красавице, что сейчас стоит в моей комнате…

— Почему же ты купила ее только сейчас? Ты ведь работала у нас не меньше полугода, наверняка на нее хватило бы денег…

— Так я все отправляла тете Лиде, — произнесла я, встряхивая головой, будто стараясь вынырнуть из неприятных воспоминаний.

— Что? — удивленно протянул Макс.

— Я же говорила, дом в деревне старый, да и тетя Лида не молодеет, ей нужна помощь.

Я отправляла ей почти все, что зарабатывала. На ремонт, — зачем-то на всякий случай уточнила я, словно Макс не понимал, о чем идет речь.

— Что в тебе вызывает такое удивление? — протянула я.

— Она ведь… она плохо относилась к тебе, била ребенка, заставляла выполнять тяжелую работу, хотя содержать подростка – это задача взрослого, а не самого подростка.

— Она ничем не была обязана мне, — возразила я, покачав головой.

— Это мои родители были обязаны, но для них всегда были расставлены приоритеты, в которые я не входила. А если бы не тетя Лида, я бы оказалась в детском доме. Думаешь, там жить было бы проще? Она давала мне все, что могла, ничуть не меньше, чем своим родным детям. Кормила, одевала, обувала, собирала к школе.

— Она была жестока к тебе, — процедил Макс. Злость, исходившая от него, явно ощущалась даже на расстоянии. Кажется, семейные вопросы для него были болезненными.

— Она была жестока, потому что у нее была сложная и тяжелая жизнь. Тем не менее, она не отказалась от меня, и я благодарна ей за это. И я многим ей обязана. Я должна и хочу ей помогать.

На этом я замолчала, а Макс, кажется, не нашелся, что ответить. Вскоре нам принесли заказ, и мы молча его съели. Орлов больше ничего не говорил, только периодически хмурился, будто бы обдумывая какие-то важные и непростые вещи.

А затем, наконец, пришла пора собираться домой.