Ребенок (не) от бывшего мужа

Теперь вы все снова друзья и я тебе больше не нужна!

— Почему это я должна останавливаться?! Ты никогда не тормозишь в своих высказываниях, в своих оскорблениях и унижениях моей личности!

— Ань, у нас же все было хорошо, зачем ты это делаешь сейчас?

— Это делаю не я, это делаешь ты! Ты в очередной раз показываешь мне на мое место, которое находится прямо у твоих ног. А мне надоело! Я хороша только в качестве переговорщика, я хороша в качестве кухарки, даже в качестве любовницы сойду, но никак не тяну на роль твоей спутницы по жизни, не так ли?

— Ань, я не могу на тебе жениться.

— Максим, просто выйди и дай мне собраться, — зло прошипела я. Что бы Орлов не говорил, а становилось только хуже.

— Что? И куда же ты пойдешь?

— А какая тебя разница?

— Мне большая разница!

— Пусть это тебя не волнует.

Я действительно ушла, а Макс, на удивление, меня отпустил.

Отпустил, потому что я никогда не была ему нужна.

Если вспомнить с того, как все начиналось, то можно понять, что Орлов всегда преследовал свои цели, а я была лишь инструментов в их достижении. Ясное дело, что надобность во мне отпала, когда братья приняли его с распростертыми объятиями. И ничего, что я неделями билась над этим так, будто от этого зависела жизнь.

Не знаю, почему, но чувствовала себя дурой. Использованной и преданной дурой.

Но как? Максим никогда не обещал настоящих чувств, отношений, свадьбы.

Я вбила себе все это в голову сама.

Занялась устройством дома так, будто он был моим.

Заботилась об Орлове так, будто он тоже был… моим.

Пыталась примирить его семью друг с другом так, будто была одним из ее членов.

На самом же деле, у нас был контракт.

И Мила, которая родилась по воле случая.

Максу не была нужна ни я, ни наша дочь.

Да, он неплохо к ней относился, но он никогда ее не ждал, не планировал и поначалу очень долго отказывался.

Обдумав все это, взвесив все против и еще раз против, я собрала свои многочисленные вещи, вещи Милы и отправилась… домой.

В родную деревню, где меня, конечно же, никто не ждал.

Тетя встретила меня, не сказать, что с распростертыми объятиями.

Сначала я получила тумаков, затем, очень длинный выговор, в котором, чего только не было.