Ребёнок от босса. Научи меня любить (СИ)

Александрова, кажется, снова собирается со мной спорить, но, видимо, из-за слабости у неё не выходит, поэтому она просто шумно вздыхает и прикрывает веки.

– Глеб Викторович, а вы, что, здесь до утра останетесь? – спрашивает с закрытыми глазами и словно в полудрёме.

Когда привозят еду, Инна снова засыпает. Я разбираю пакеты, после чего всё же решаю переодеть девушку. Или хотя бы раздеть. Специально не включая свет, быстро снимаю с неё блузку и юбку, стараясь не разбудить. Хотя ей, конечно, лучше бы поесть.

В итоге, ем я в одиночестве, просматривая в телефоне последние изменения по проектам, которые Борцов мне прислал на почту.

Инна просыпается несколько раз, чтобы попить. Есть так и отказывается, что невероятно бесит. К полуночи у меня слипаются глаза, а спать у Инны негде. Единственная кровать и небольшое кресло, в котором я даже сидя едва помещаюсь.

Не имея иных вариантов, решаю лечь рядом с девушкой. Ладно хоть кровать довольно просторная. Нахожу в шкафу какой-то плед, стягиваю с себя рубашку и брюки, после чего ложусь на постель.

Успеваю закрыть глаза, закинув руку за голову, как вдруг чувствую, что матрас прогибается, а спустя секунду моего бедра касается нога девушки, плечо обдаёт горячим дыханием и тёплые пальцы проскальзывают по груди к животу.

Мне жарко. Это первое о чём я думаю, когда мозг выплывает из сонного дурмана.

Очень-очень жарко. Как будто я уснула рядом с горячей печкой. У меня даже волосы на лбу влажные.

Одеяло придавливает сверху бетонной плитой, а голова вместо подушки лежит на чём-то твёрдом.

Хочу вытащить наружу руку, чтобы убрать со лба прилипшие пряди, но, когда я пытаюсь это сделать, оказывается, что мой локоть кто-то сжимает. Как и ногу под коленом, которая тоже лежит на чём-то твёрдом...

Сердце в тот же момент панически ускоряется. Резко распахнув глаза, я упираюсь взглядом в мужскую грудь. В голую мужскую грудь прямо под моей щекой.

Тёмные жёсткие волоски щекочут мягкую кожу. Чуть приподнявшись, я суматошно разглядываю лежащего на моей постели Воронцова, боже мой, в одних боксерах!

Вялый после сна мозг суматошно начинает работать, пытаясь вытащить на поверхность события вчерашнего вечера, но я почему-то помню его смутно.

Мы с боссом ходили в ресторан. Потом он привёз меня к дому и повёл в продуктовый магазин, но ещё на пороге мне стало плохо.

Всё. Дальше какие-то обрывки.

Я не помню, как оказалась в квартире. Помню только, что слышала какие-то голоса. Несколько мужских, среди которых был и голос Воронцова.