Ребёнок от босса. Научи меня любить (СИ)

Ты не в курсе, что существует подобная услуга?

– Мне хотелось прогуляться...

Намеренно не говорю про своё нежелание тратить деньги с его карты. Я уже знаю, что услышу в ответ...

– Этим лучше заниматься, когда я рядом.

Чтобы меньше нервничать и чем-то себя занять, подхожу к столу и лопаточкой кладу яичницу ему в тарелку.

– Ну, а если тебя часто не будет рядом, мне что, дома взаперти сидеть? Вдруг ты каждый день будешь где-то шляться по ночам?

Рука Воронцова, которой он держит стакан с кофе, замирает в сантиметре от его губ.

А я... я стараюсь поскорее отвести взгляд и начинаю смотреть на яичницу так, будто это самая важная вещь на свете, и я делаю нечто невероятно серьёзное.

Вот зачем я так сказала?! Я совсем с ума сошла?!

– Шляться по ночам и работать – это разные вещи, Инна.

Хочется сказать что-то вроде "ты там прям ночью работал? Вот прям работал?" Но на этот раз мне удаётся вовремя прикусить язык.

Подумает ещё, что я... я ревную...

– Как прошла встреча, кстати? – наспех перевожу тему.

– Обо всём договорились?

– Сядь и тоже поешь, – Глеб указывает вилкой на сковородку.

– Нет, я не хочу, – качаю головой и тупо впериваюсь взглядом в свой стакан с кофе.

Зачем я налила себе кофе? Я же перестала его пить, как забеременела.

Мозги пухнут со всеми этими стрессами и переездами, и Глебами...

– Я сказал, поешь, иначе на работу не поедешь.

– И, что, ты дома меня запрёшь?

– Если понадобится, – хмыкает босс, затем сам поднимается из-за стола, достаёт тарелку из шкафа и ставит передо мной.

Запах его духов врезается в нос, и я машинально напрягаюсь. И совсем плохо становится, когда ладонь мужчины вдруг ложится на бугорок в области живота и слегка поглаживает.

– Тебе нужно нормально есть. Не забывай, – горячее дыхание на миг обжигает ухо.

Этого хватает, чтобы меня вытянуло в тугую струну.

А Глеб как ни в чём не бывало возвращается на своё место и продолжает есть.

Ну, теперь я точно позавтракать не смогу, потому что голова опять начинает кружиться, а к горлу подступает тошнота.

В конечном итоге, пару кусочков бекона и яиц в себя затолкать мне удаётся. Только после это Воронцов удовлетворённо кивает, и мы, наконец, можем поехать на работу.

В прихожей снимаю с вешалки пальто и обуваю сапоги. Перед большим зеркалом в коридоре снова не удерживаюсь посмотреть на свой крохотный животик и погладить.

– Растут, – довольно хмыкает позади Воронцов.