— Да, мы поговорили, но, дело в том..., — заикается, и я слышу, как на том конце провода врач судорожно выдыхает. — Дело в том, что наша клиентка... она отказалась выдавать своё имя...
— То есть как отказалась? — рявкаю, сжимая телефон в кулак до побелевших костяшек.
— Она хочет сохранить анонимность...
— Что она хочет сохранить?! — переспрашиваю. — А она там ничего не попутала, клиентка ваша?! Какую нахрен анонимность?! Это мой ребёнок! И я хочу знать, в чьём он животе!
— Глеб Викторович, поймите, мы не имеем права давить на пациентку в этом вопросе.
.., — голос гинеколога сквозит дрожащими нотками. — По закону мать имеет полное право не разглашать свою личность. Она этим право воспользовалась...
— Мне плевать, что там по закону, — рычу, вбивая кулак в столешницу, от чего лежащая рядом посуда подпрыгивает и громко звякает. — То, что ваша клиника нарушила мои права в расчёт не берётся?!
Меня просто нахрен колотит от ярости. Желание дёрнуться обратно в Питер и разнести к чёртовой матери всю эту долбанную шаражку становится таким сильным, что жилы тянет.
И, скорее всего, так бы я и сделал, если бы не встреча с владельцем загородного комплекса, которая должна состояться через несколько часов.
— Мы всё понимаем, Глеб Викторович. И готовы отвечать за свою оплошность. Но, поймите, в случае с вами это было недоразумение. А сейчас вы просите нас осознанно пойти на преступление. Мы не можем этого сделать. Клиника обязана соблюсти права клиентки. Она делала инсеминацию с закрытым донорством.
..
Млять! Эти медицинские термины меня просто вымораживают! С какого черта я донор?! Я отец этого ребёнка, а не просто какой-то мужик, который за бабки спустил в банку для анализов!
Впиваюсь пальцами в край столешницы. Опускаю голову и медленно выдыхаю про себя отсчитывая от десяти.
— Тамара Васильевна, — цежу медленно. — В ваших же интересах пойти мне на уступки. В противном случае я вас просто засужу. Лично вас и клинику в целом.
— Это... это ваше право, Глеб Викторович, обратиться к адвокату.
Мы понимаем всю степень своей вины и, как я уже сказала, готовы за это отвечать. Но, к сожалению, помочь вам в данном вопросе не можем. Мы передали клиентке ваш номер телефона. Она всё ещё остаётся пациенткой нашей клиники, и мы попробуем ещё раз мягко посоветовать ей с вами связаться. Но решение в любом случае остаётся за матерью...
— В таком случае, передайте вашей клиентке, что у неё есть неделя, — рычу, теряя остатки самообладания.
