— Матве-е-й… — снова громкий стон. Он, черт возьми, не врал, что я буду звать его.
В ответ он добирается до другой груди… Еложу под ним на постели, жмусь всем телом. Матвей отрывается от чувствительных горошин, закидывает мои руки вверх. Ловко снимает с меня водолазку, растягивая ворот. Разбирается с оставшимися крючками бюстгальтера. Убирает мою одежду, опирается на руку. Смотрит сверху вниз.
Я перед ним абсолютно открыта. Соски горят и стоят торчком. Я даже физически это ощущаю. А вот неловкости не чувствую ни капли, только острое возбуждение.
Выгибаюсь, грудь еще больше поднимается навстречу мужчине. Он медленно гладит ее взглядом.
Садится меж моих ног, притягивает к себе за ремень. Расстегивает его, топит пуговку на джинсах. Аккуратно снимает узкую вещь, только подрагивающие пальцы выдают его нетерпение. Отбрасывает в сторону штаны, касается лодыжек. С наслаждением гладит вниз к щиколоткам. Его глаза провожают каждое движение.
Стягивает с меня носки, помещает ступни на ладони, сжимает пальчики.
Дергаюсь, хватаю руками постель. Оказывается, эта часть тела может быть такой чувствительной. Или дело в его трепетных и одновременно сильных прикосновениях. Шумно выдыхаем в унисон.
— Иди ко мне?
Дотягиваюсь до его рук, делаю попытку привлечь к себе. Он наклоняется надо мной. Смотрим друг другу в глаза, мои пальцы уже на пуговицах его рубашки. Хочу увидеть его обнаженным, а потом и ощутить всей кожей. Путаюсь в петельках, дергаю. Пуговки не сыплются дождем как в кино.
Рубашка простая на вид, но брендовая. Пошита на совесть. И на мою беду.
— Черт, — ругаюсь.
Матвей вновь садится на постели, на красивых губах ухмылка. Четкими движениями он расстегивает пуговицы рубашки, ловко снимает ее. Берется за ремень, выверено расправляется и с ним. Встает на ноги, без суеты снимает джинсы. Я наблюдаю этот брутальный стриптиз и не дышу. Какой же он! Господи-боже…
— Иди ко мне, — шепчу еще раз.
Но мужчина дарит мне внимательный взгляд в глаза, как будто в последний раз о чем-то спрашивает.
Я только смотрю распахнутыми глазами. Он опускает голову и в несколько движений избавляется от белья. А я так и не могу от него оторваться…
Кажется, оргазм наступит от одной мысли, что он скоро будет во мне. Налитая плоть внушительных размеров, мужественный рельеф вен. Ровная кожа темнее к мошонке, розоватая головка. Матвей делает шаг ко мне, пенис покачивается. Я как завороженная смотрю на них обоих.
