Мне приятно. Чувствую себя тупой шестнадцатилетней девочкой.
«Спасибо)».
Боже, ну и дура! Почему у меня не отсохли пальцы, набирающие ответ? Нахожу отговорку — я просто вежлива с будущим родственником. Но даже самой себе не могу соврать. Мне радостно, что ему понравилась Злата. На бессознательном уровне.
Весь вечер я проходила как больная. И дело не в ужасе от знакомства Адмиралова и дочки. Даже стрессовая ситуация с собакой тут не при чем. Просто я увидела некоторые вещи, от которых теперь сложно дышать.
Во-первых, как они похожи.
Тот же испытывающий прищур темных глаз. Хитрая улыбка на красивых губах. Меня трудно назвать уродиной, но черты лица у Златки от Матвея. Правильные, благородные. Конечно, она еще маленькая, чтобы это бросалось в глаза, когда не знаешь правду.
Но главный момент, который пробирает до самого дна — как они общались. Как будто давно знакомы, и у них есть свой секрет. До сих пор перед глазами стоит восторг дочки — это папа?! Моя малышка нуждается в отце… Сможет ли Ваня заменить его?
Адмиралов больше ничего не написал, а я как дурная проверяю сообщения.
Хорошо, Иван не проснулся. Квартира номинально двухкомнатная — малюсенькая спальня и студия с кухней. В крошечной комнате спит Злата. Иду проверить — сон ребенка безмятежный. Возвращаюсь.
Наливаю себе воды, оттягиваю момент, чтобы идти в постель. Матвей так смело повел себя в случае с собакой. Нет, дело не в самом животном, хотя и тут нужна доля мужества. Но он так естественно позаботился о ребенке. Взял на руки, заслонил.
А ведь у него по идее тоже нет взаимодействия с маленькими. Хотя что я знаю о его жизни…
Я не люблю, когда к моему ребенку приближаются посторонние. А прикосновения к ней едва знакомых людей вообще неприемлемы. Но Матвей ее родной отец, этот факт я не могу стереть из памяти. И внутри сидит предательское чувство нормальности ситуации. Да что там, я моментально успокоилась, когда он вмешался.
Так, всё… Я, кажется, забыла отношение этого мужчины ко мне. Он собрался следить за каждым моим шагом.
У него обо мне мерзкое мнение. А что Злата — его дочь, он никогда не узнает, вот и всё. Ставлю стакан на столешницу, иду на диван к Ивану.
Злата просыпается до семи, к ранним подъемам ее приучила бабушка. Я тоже не люблю долго валяться, ведь так можно много всего успеть. Например, приготовить любимым завтрак. Правда, Ваня натягивает подушку на голову и собирается доспать.
