Пользуясь этим, Инна напросилась на встречу с отцом Матвея. Якобы у нее к нему есть огромная просьба.
Нам назначили прием в офисе, мы пришли вместе. В роскошном кабинете из темного дерева сидел крепкий, чуть сгорбленный мужчина. Да, внешне они с Матвеем были очень похожи. Он посмотрел на нас не очень добро, но понял, кто такая Инна. Велел быстро донести суть, у него мало времени. Инка затараторила.
— Моя подруга беременна, она не замужем. Папа сказал, у вас есть отдел благотворительности, можете вы ей помочь?"
"В меня уперся темный взгляд из-под кустистых бровей.
Стало безумно стыдно… Вообще не знаю, зачем я туда поперлась. Но тут сыграл юный возраст и желание получить хоть какое-то представление о дедушке моего будущего малыша.
— Где отец? — спросил Адмиралов.
Инка пожала плечами.
— Маша боится ему сообщать, — для конспирации она назвала меня по-другому, — он может отобрать ребенка.
Адмиралов-старший потер ладони. Его губы плотно сжались, но через секунду он заговорил.
— Что в этом плохого? Если мать не в состоянии поднять ребенка, пусть это делает отец. Или она боится потерять источник для материальной помощи? Знаю я таких. Разговор с ними должен быть коротким.
Глава 11
Не знаю, как я не сгорела прямо там! Слава богу, мужчина нас быстро выпроводил. Сказал, я могу обратиться в какой-то кабинет… Я никуда не пошла, вернулась домой и проревела весь вечер. Именно тогда во мне окончательно поселился страх перед Адмираловыми.
А теперь еще Ваня заявляет, Матвей полностью сын своего отца.
Я с трудом возвращаюсь в реальность.
— Иди ко мне? — шепчет, тем временем, Иван.
Я получала удовольствие в постели с ним. Не каждый раз горела, но всегда с желанием шла на близость. Однако сейчас в подвешенном состоянии секс с женихом — последнее, чем я хочу заниматься.
— Прости, Вань, я плохо себя чувствую.
Это правда, мне очень хреново. Господи, еще недавно я была уверена — вот я, вот мой любимый. Сейчас я стремительно двигаюсь к какому-то краху.
Следующие несколько дней я просто живу, делаю повседневные дела и стараюсь понять, что все-таки ощущаю к Ване. Но на ум приходит только одно чувство — стыд. Все время на фоне сознания крутится Матвей. Куда он опять пропал? С чего был вопрос про замужество? Что он думает насчет Златки?
А вечерами вспоминается его крепкое объятье, его тепло. Глупости, но мне моментами кажется — этим он хотел дать мне понять, что все будет хорошо.
