Стыда нет, не до него сейчас. С ухоженностью все в порядке на сто процентов. Я работаю с женщинами, сама должна быть примером красоты и гармонии. Со вторым пунктом, конечно, проблемы, но выглядеть отлично мне и самой нравится. Матвей как под гипнозом смотрит на гладкую кожу. Наклоняется…
Кончик мужского языка скользит по одной из губ. Прикусываю ребро ладони, чтобы не закричать. Живот подрагивает. Матвей останавливается у основания клитора, надавливает языком. Сильные руки не дают мне свести ноги, я просто выгибаюсь и хриплю.
Он снова ведет вниз, уже ныряя под губку. Прикосновение к складкам отдается во всем теле. Тяну руку к его волосам, глажу их. Матвей Адмиралов захотел доставить мне наслаждение таким трепетным способом. Думаю об этом, и все чувства обостряются в миллион раз.
Мужчина легонько дразнит самый чувствительный бугорок языком, из меня выделяется все больше горячего сока. Поскуливаю, дергаюсь на твердой поверхности. Резкое движение вниз, сильный язык входит меж губ. Охватываю его мышцами, он снова толкается.
Наполняет не как член, но ощущение все равно упоительное.
Матвей входит в меня максимально глубоко, рукой крепко сжимает ягодицу. Снова ощущения на грани силы и боли, только ему я позволяю такое. Не знаю, как в жизни, но в интиме я доверяю этому мужчине целиком и полностью. Язык скользит по чувствительным стенкам, щетина вспышками покалывает клитор.
Выгибаюсь, хватаю ртом воздух. Наслаждение уже накатывает легкими волнами. Становится все плотнее, щекочет низ живота изнутри.
«Поцелуй» Адмиралова уже до крайности жадный. Мужчина прихватывает клитор зубами.
— А-ах…
Зажимаю рот ладонью, но стон вырывается. Господи. Перед глазами все плывет от сильнейшего оргазма. Дышу глубоко, ловлю отголоски наслаждения. Все тело в приятной слабости. Мне кажется, этот вечер обновил меня целиком и полностью."
"Сажусь и снова тянусь к мужчине. Мы соприкасаемся губами, целуемся. Обнимаю его за плечи. Опять хочу расстегнуть его штаны, но Матвей вздрагивает.
— Не сегодня, нет.
Не понимаю.
— Мм?
— Я должен поговорить с братом, прежде чем как следует тебя трахнуть.
Звучит грубо, но сердце замирает от ноток собственника в голосе. Я принимаю его принципы, но не могу просто так отпустить. Прислушиваюсь, в доме тихо. Снова притягиваю его за ремень.
— Позволь.
Матвей замирает, но поддается. Расстегиваю кожаную вещь, давлю на пуговицу джинсов.
