Ребенок от бывшего мужа

 – Ольга втаптывала меня в грязь, а все, что я делала в ответ – это извинялась и плакала, потому что банально боялась. Ее, ее реакции, реакции Миши. Я не знала, как быть и куда деваться себя в том огромном доме, в котором мне так и не нашлось места. А уж последний наш разговор с твоей мачехой… он еще долго эхом аукался мне… Это кошмар, который я с трудом пережила, и я только-только оправилась, только встала на ноги, как теперь меня снова погружают в то ужасное болото…

Я затряслась пуще прежнего и поняла, что на глаза наворачиваются слезы.

Как же ужасно мне там было, если спустя столько лет я все еще так остро реагировала. Кажется, я даже сама не осознавала этого.

Спустя несколько коротких мгновений, я почувствовала, как чужие, сильные руки меня обнимают.

– Эй, я ведь буду рядом, слышишь? Ты даже не будешь видеться с ними, я сделаю все, чтобы вы с Матвеем как можно меньше встречались с моими домашними.

– Как это? – Я подняла голову вверх и встретилась с обеспокоенным взглядом зеленых глаз.

Кажется, Макс не играл, он действительно переживал за судьбу племянника.

– Я разве не говорил, что в прошлом году отхапал себе целое крыло особняка? – Он улыбнулся и потянувшись к упавшей на лице прядке, аккуратно заправил ее за ухо. От этого невинного действия я почему-то смутилась и отступила на шаг.

– Именно. Восточное теперь мое. Раз уж нам нельзя разъезжаться, то я имею право хотя бы не видеть их постные… лица, когда этого не хочу. Конечно, пришлось знатно повоевать, но оно того стоило.

Там восемь комнат, своя кухня, несколько ванных и бассейн с тренажерным залом. Захочешь, и даже пересекаться не будешь с моей мачехой и братом.

Наверное, эта новость меня немного успокоила и приободрила. Она означала, что у меня будет личное пространство, в котором я смогу укрыться в случае чего, но самое главное, смогу защитить Матвея.

– Мне страшно. Я боюсь, что Ольга может начать говорить что-то дурное Матвею…

– Зря. Сейчас она будет кроткой и в открытую никаких действий не предпримет.

Дед взбесится. Вся ситуация у него на контроле, так что за мальчика не бойся понапрасну.

– Но кое-что меня все же беспокоит.

– Нас будут, можно сказать, тестировать, понимаешь? За нами будут пристально наблюдать, оценивая каждый шаг и каждое движение. Ты должна быть настоящей.

– В смысле не шарахаться от меня, как от прокаженного, – Максим улыбнулся, намекая на мою недавнюю реакцию. – Ты не должна смущаться или отталкивать меня.