Ребенок от бывшего мужа

Я раздумывала несколько секунд. Но затем, встретив умоляющий и явно раскаивающийся взгляд, не выдержала и, кивнув, позволила отвести себя к дивану.

– Мне было обидно, а еще я не понимал, можно ли тебе верить, потому и злился. Потому и игнорировал.

– Что значит обидно?

– То и значит, Алина, ты прекрасно все понимаешь. – Макс сел рядом и теперь мы находились очень близко друг к другу. Теперь мы могли заглядывать друг другу в лицо и отмечать каждую мельчайшую деталь в перемене настроения, читать каждую вспыхнувшую эмоцию.

 – Ты нравишься мне и меня задело то, как ты сбежала от меня после проведенной вместе ночи. И еще больше меня злил факт того, что ты снова начала сближаться с моим братом, помогать ему, проводить время вместе, как семья. Я почувствовал себя лишним. Каким чувствовал себя всегда в собственной семье.

Я сглотнула и промолчала. Внезапно вылившаяся откровенность застала меня врасплох. Максим так долго молчал, что я уже и забыла, каким прямолинейным и открытым он со мной обычно бывал.

– Я ни во что не начинала играть с Мишей, как ты выразился, – уже намного более спокойным, чем еще минуту назад тоном проговорила я. – Он начал давить на меня и активно просить помощи с Мирой. Я отказываюсь так часто, как мне позволяет совесть, ведь речь идет о новорожденной девочке, а я женщина и мать. И еще, хочу верить, что человек с совестью. С Мишей у нас ничего не было, нет и больше никогда не будет. Но я не буду врать, я рада, что он начал общаться с Матвеем. Пусть и из корыстных побуждений.

И меня тоже задело твое поведение. Ты больше месяца меня избегал, будто я какая-то заразная. И заговорил только тогда, когда я начала истерить, собирать вещи и кидать тебе под ноги тест на беременность. Я повторюсь, но я думала, что ты другой.

Некоторое время, успокоенные тем, что между нами, наконец-то, начался нормальный, взрослый разговор, мы с Орловым молчали.

– Ты ведь сказала неправду?

– На счет аборта. Ты не сделала его несколько лет назад, когда условия были куда более стесненными, а уж сейчас и подавно не стала бы, ведь так?

– Ты хочешь услышать, что жизнь твоего ребенка я бы сохранила так же, как и жизнь ребенка от твоего брата? Ты ведь конкурируешь с ним за все.

Каждое мое слово тебе сравнивается с тем, что я когда-то сказала или могла бы сказать ему.

Максим очень внимательно на меня посмотрел, но отвечать не стал.

– Я бы не стала делать аборт, чьим бы этот ребенок ни был, потому что в первую очередь, он мой.