Ребенок от чудовища

– Ты уснул…Уже поздно…

– И что? – сажусь на кровати, протирая глаза. – Пора кормить Викушу?

– Нет, она спит. Спасибо, что уложил ее и…дал мне отдохнуть. Просто я подумала…

– Ты чего проснулась? – перебиваю ее, притягивая за руку и заставляя сесть рядом. – Иди, отдыхай дальше, пока есть возможность. Я справлюсь.

Аврора широко распахивает глаза и удивленно ими хлопает. В ее позе чувствуется напряжение.

– То есть…Ты что, остаешься?

– Да, остаюсь, – отвечаю совершенно спокойно, как будто сообщаю само собой разумеющиеся вещи.

– Но…– Аврора собирается возразить, и я по глазам вижу, что она в голове уже выстраивает логические доводы, чтобы убедить меня не делать этого. Поэтому я притягиваю ее к себе и легко касаюсь ее губ, постепенно углубляя поцелуй. Поначалу моя жена напрягается, но потом все же отпускает ситуацию и даже царапает мои плечи ноготками.

– Иди, – легонько шлепаю ее по попе, усмехаясь ее реакции – ее щеки покрываются румянцем.

Моя жена тут же поднимается на ноги, стыдливо потирая раскрасневшиеся щеки.

– Спасибо, – шепчет и едва ли не бежит из комнаты. Признаю, с последним перегнул, но и к этому мы еще обязательно вернемся. Аврора снова станет моей женой во всех смыслах.

Ночь с Викушей проходит вполне сносно. Она капризничает из-за животика, но я нахожу у Авроры арсенал препаратов от болей в животе и даю первый попавшийся.

Утром я просыпаюсь сам от потрясающих ароматов блинчиков и замечаю, что малышки в кроватке нет. Вот же упрямая девчонка!

Иду в душ, привожу себя в порядок и следую за головокружительными ароматами на кухню, где уже хозяйничают мои девчонки.

– Доброе утро, – на лице Авроры расцветает улыбка, и она тут же наливает в кружку кофе и ставит передо мной тарелку с блинчиками. – Садись завтракать, пока все не остыло.

Меня дважды уговаривать не надо. Откусываю блинчик, и едва не стону от удовольствия: давно не ел такой вкуснотищи. Даже у Людмилы Григорьевны ни разу не получались такие обалденные. А, может, это от того, что я бесконечно влюблен в Аврору?..

– Я хотела еще раз тебя поблагодарить, – осторожно начинает жена, опускаясь на стул напротив.

– Не стоит, – обрываю, – я уже объяснил, почему. Это такая же моя обязанность, как и твоя.