Ребенок от чудовища

Могу я увидеть видео своей операции?

Врач заметно напрягается, хмурится и отводит взгляд в сторону.

– Дело в том, Аврора, что все записи с камер с того дня пропали. Было отключение электричества…

– А разве они не должны храниться на сервере? – мне очень не нравится этот момент. Именно в нем я чувствую подвох. Значит, что-то точно пошло не по плану в моей операционной.

– Мне не нужны ваши объяснения! – отрезаю, теряя терпение и вскакивая на ноги. – Я хочу поговорить с врачом! И хочу получить ответы на свои вопросы! И хочу знать, где моя дочь!

– Ваша дочь умерла, Аврора, – врач уже не излучает уверенность, как некоторое время назад, но все равно гнет свою линию.

– А вот я в этом уже не уверена! – рявкаю, глядя на то, как главврач этой клиники весь исходит пятнами. – И если сейчас же сюда не придет кто-то из персонала, имеющего отношение к моим родам…Вы знаете, кто мой муж?

– Сожалею, но ничем помочь не могу.

Прищуриваюсь и окидываю доктора с ног до головы взглядом, полным презрения.

– Я еще вернусь, – и оглушительно хлопаю дверью на прощание.

Бреду по коридору, размышляя, что же мне теперь делать. Артем что-то там говорил насчет записей, но я была не в том состоянии, и все пропустила мимо ушей. Теперь уверена, что что-то нечисто с моей операцией. И намерена идти до конца.

Почти у самого выхода встречаю девушку, она кажется мне смутно знакомой. Ну, конечно, именно она ставила мне капельницы в палате после…!

– Подождите! – окликаю, едва ли не бегом спеша к акушерке.

– Здравствуйте, да, конечно, помню, – в ее глазах отражается жалость, и я давлю на нее.

– Тогда вы точно помните мою историю! Девушка, мне нужна ваша помощь! На моей операции должна была быть акушерка, ее не могло не быть! Я хочу с ней пообщаться, как мне ее найти?

Девушка мнется, опускает глаза в пол и прикусывает губу.

– Вы не думайте, у меня есть деньги, я заплачу за информацию, – бормочу, доставая кошелек трясущимися руками.

– Уберите. Я ничем не могу вам помочь.

– Пожалуйста, вы не понимаете…

– Я очень хорошо все понимаю! – пылко отрезает девушка. – Вы что думаете, у меня совсем нет сердца?! Но я не могу вам помочь. Та акушерка, она уволилась, и я до сих пор не могу с ней связаться.

Меня как будто окатили ледяной водой. Еще один пункт в гору моих сомнений.

– А когда? – бормочу севшим голосом.

– Двадцать второго числа.

На следующий день после моей выписки.