Лицо Макса оказывается близко ко мне, а синие глаза прожигают насквозь, и я невольно вздрагиваю.
– А чего молчала?
Фыркаю и оставляю его вопрос без ответа.
– Ну да, это я тормоз, долго соображал. Но знаешь, я все равно рад, что ты выбрала меня.
– А у меня был выбор?
– Не-а, – качает головой, – я б тебя все равно другому не отдал.
Эпилог
Спустя восемь месяцев
– Макс!– кричу на всю квартиру, когда слышу плач сына. – Что у вас происходит?
– Все нормально, малыш, мы справляемся! – кричит муж, а я снова пытаюсь вчитаться в строчки защиты диплома.
Черт! Это сложнее, чем я думала.
Да, я выдержала полгода после родов, на которые мы мчались как на пожар. Я проснулась, когда живот начало тянуть, но не придала этому значения, потому что до срока была еще неделя.
Проштудировала интернет на предмет того, как выглядят схватки. Вычитала, что есть еще и лжесхватки. Для меня тогда это стало прям открытием, потому что мне никто о таком и не думал говорить. Пришлось ходить по квартире с секундомером и отсчитывать промежутки.
Снова полезла во всезнающий браузер и окончательно успокоилась, когда вычитала, что разные промежутки никак не свидетельствуют о настоящих родах.
Макс мирно посапывал и смотрел сны, пока я перекатывалась по квартире, как колобок, и пыталась не поднимать шум.
Но с каждым приступом сдерживать скулеж становилось все труднее. Вот очередной стон и разбудил любимого мужа.
Недовольно пробурчал, мол, чего мне не спится в воскресенье.
Зато как он бодро подорвался, когда я сказала, что, кажется, началось.
Но нет, началось как раз после того, как Макс подорвался, как ужаленный за одно место, и начал судорожно собираться, пока я молча хлопала глазами.
Не заметила, как и меня упаковали в шубу, шапку, схватили экстренный чемоданчик и утащили в роддом.
Медсестры надо мной посмеялись, что я паникерша и приехала так рано, а через три часа я родила Павлушку.
Очередной вопль сына окончательно выводит меня из задумчивости, и я тороплюсь в нашу комнату.
Павлик временно спит с нами в комнате в своей кровати, хоть и комната его оборудована полностью. Макс постарался, пока я лежала в роддоме.
Вижу, как Макс сражается с мелким на пеленальном столике, и прижимаю ладонь ко рту, чтобы не захихикать.
– Ты можешь так не вошкаться, сын? – строго говорит молодой отец.
Я приваливаюсь к дверному косяку и наблюдаю за этой милой картиной.
