Я попросила Макса, чтобы он не говорил, а потом вот токсикоз, и не до сообщений стало, – развожу руками, виновато смотря на теть Олю. – Я понимаю, что вы вправе были знать, но у нас с Максом все так зыбко, что я понятия не имею, как все это будет дальше.
– В каком смысле как?
Ну да, поколение родителей не принимает даже мысли, что мы можем жить по отдельности и воспитывать совместного ребенка живя своей жизнью.
– Ребенок должен расти в полной семье, Лель.
– Я это понимаю, но привязывать Макса ребенком я не хочу, теть Оль, – твердо заявляю я, смотря прямо в такие же, как у Макса, синие глаза.
Тетя Оля только усмехается и встает:
– Ну, я смотрю, что сын совсем не против. Решать, конечно, вам. Но хотелось бы, чтобы вы были счастливы. Обалдеть, я стану бабушкой!
Она прям расцветает, а я не верю глазам –мало ли, из-за слабости глюки начались. Но нет, улыбка тети Оли вполне искренняя, и вон даже щеки порозовели.
– Так, – она стучит пальцем по губам, – Ромке пусть Макс сам рассказывает, а я постараюсь держать язык за зубами.
Надеюсь, от радости плотину не прорвет и я не выпалю на эмоциях. А вообще, – она становится серьезной, – я рада, что у вас так сложилось. Ты достойная девушка, и я очень хотела, чтобы именно ты была с Максом.
Слабо улыбаюсь и отвожу глаза.
– Ладно, – она наклоняется и целует меня в лоб, – отдыхай, милая. А я пойду Максу расскажу, как и что делать.
– Спасибо.
– Тамару, может, вызвать?
Мотаю головой:
– Не стоит, мне уже лучше.
– Ну смотри.
Вы взрослые, так что предоставляю вам самим пройти через тяжбы будущего родительства.
И покидает комнату. О чем-то разговаривает с вернувшимся откуда-то Максом, до меня доносятся только приглушенный голос тети Оли и бурчание Макса.
Глава 24
Встаю и ощущаю, как трясутся ноги. Но тошноты все еще нет, и это очень радует. Делаю несколько пробных шагов, пока они не становятся тверже.
Хватаю чистую одежду и на носочках прохожу в ванную. Стягиваю костюм, настраиваю воду и шагаю под тугие струи.
Прикрываю глаза, наслаждаюсь тем, как влага окутывает тело и расслабляет натянутые нервы. Смываю с себя слабость. Быстро мою голову и уже тянусь за губкой, как дверь ванной распахивается.
Я взвизгиваю и оглядываюсь по сторонам в поисках прикрытия. Только вот не успеваю. Дверца душевой распахивается, и передо мной предстает испуганный Макс.
Минутная заминка. Его тяжелое дыхание, словно он кросс пробежал, а не до ванной дошел несколько метров.
