Картинки, словно вложенные чужим сознанием, жгли изнутри. Это не могут быть мои мысли, мои желания!
Не смотреть ему в глаза! Не провоцировать! Не пускать дальше установленной границы!
Я перевела взгляд ниже, заметив, как хищно подрагивают ноздри, как красивые губы кривит едва заметная ухмылка.
Я отвлеклась всего на секунду, собравшись отступить немного и еще чуток подразнить его, когда сильная мужская рука змеей метнулась в мою сторону, обхватив запястье и резко дернув на себя. Я едва не потеряла равновесие, чудом устояв на пятнадцатисантиметровых каблуках.
Но прогнуться вперед, оперевшись на его колено, пришлось.
— Хорошо играешь, сучка! Я оценил. А теперь иди ко мне…
Глава 3
Чудо, а не девочка! Давно не встречал подобных бриллиантов, да еще среди навозной кучи.
Такие большие наивные глазки, такой естественный страх во взгляде, вперемешку с тайными желаниями, такая пластика и просто идеально выточенная фигурка. Хрупкая, как фарфоровая статуэтка.
И самое главное — талантливая! Как она играет, м-м-м! Загляденье!
Я возбудился от одного ее вида загнанной лани, от чуткого подрагивания ресниц, от практически натурального испуга в глазах.
Где она обучалась всему этому? Какие курсы проходила, чтобы так естественно изображать невинную скромницу?
Да, стоит признать, природа не поскупилась, щедро отсыпав ей красоты, грации, пластики и умения нравиться мужчинам. Не просто привлечь внимание, а, черт возьми, зажигать!
До болезненной рези в яйцах, в желании насадить ее на себя и трахать до искр в глазах, чтобы стереть это ангельское выражение лица, заменив его на агонию от оргазма.
И это все будет. Я знаю. Я так хочу!
— Ближе! — прошептал почти беззвучно, но она поняла.
Дернулась, чертовка, широко распахнув свои огромные карие глазки. Красивые. Как элитный горький кофе.
Вильнула бедрами.
Еще немного — и она сама снимет с себя эту чертову тряпочку. Я почти уверен, что под ней нет трусиков. Бюстгальтера нет точно.
А через несколько мгновений — потечет. Я знаю тайные уголки любой женщины, приласкав которые, заставлю даже самую фригидную феминистку умолять взять ее здесь и сейчас.
Но нет. Милая Зайка не торопилась, продолжая дразнить. Выгибалась на расстоянии вытянутой руки, эротично трогала саму себя, лаская и кайфуя от предвкушения. Но в руки не давалась.
Я чутко следил за ее эмоциями, улавливая тонкие переходы, когда она то вздрагивала, перехватывая мой взгляд, то эротично вела головой, встряхивая шикарной гривой волос, и забывалась в танце.
