Если он решил, что хочет этого ребенка, если ждет и надеется, то вряд ли станет отступать. Проще оставить меня в покое, а после рождения отобрать малыша, чем выносить женские истерики.
Ему ничего не стоит выиграть любой суд. На его стороне деньги, власть. На моей? Больная мама, младший брат, куча проблем и отстутствие работы.
Бежать тоже не вариант. Такие, как Артур, найдут в любом уголке самой глухой деревни. И тогда может быть еще хуже.
Наверное…
Черт, Злата! Прекрати врать себе!
Я тряхнула головой, разозлившись на саму себя.
Все вышеперечисленные доводы были сказаны скорее в оправдание своих поступков и сделанного выбора. А на деле я слишком устала быть сильной. Мне надоело бороться с самой собой и каждый раз отрицать, что без Артура я уже не могу. Что меня дико тянет к нему, ломает, как наркомана по очередной дозе, выкручивает, причем настолько, что я почти смирилась с его семейным положением. Почти…
Но одно знала точно: я готова бороться за свое счастье.
Еще пока не знаю как, не знаю, надолго ли меня хватит, а может, это просто бушующие в крови гормоны, но попытаться, думаю, стоит.
Дом, в котором Артур поселил нас с Сережей, находился за городом. Шикарный особняк в элитном загородном поселке, куда простым смертным въезд запрещен. Вокруг дома раскинулся ухоженный парк с аллеями, беседками, причудливо подстриженными кустарниками, клумбами цветов и небольшим искусственным водоемом. Сразу за забором начинался живописный лес.
Горничная, повар, охрана, личный водитель — полный штат прислуги для нашего удобства. Все бы хорошо, если бы не одно но: одиночество здесь чувствовалось острее.
Первые дни я была занята походами по магазинам, оформлением перевода брата в выбранный лицей, постановкой на учет в рекомендованной клинике, ездила по два раза в день к маме в больницу. А вот когда все немного успокоилось, утряслось и вошло в свое русло, тогда все чаще я начала ощущать острую потребность в Артуре.
В его присутствии, ласке и близости. Последнего не хватало особенно. То ли молодой организм требовал, то ли в связи с беременностью произошли какие-то изменения.
Артур за эти дни заезжал лишь дважды. Проведать, отдать распоряжения прислуге, узнать, как дела. Но ни разу не остался ночевать, продолжая сдерживать себя.
Иногда мне было сложно понять мотивы поступков, руководившие им.
