Брату не хватало мужского общения. Папа умер, когда Сережа был еще совсем маленький. Да он и не помнил толком отца. Только по фотографиям да видеозаписям.
А Артуру в обаянии и умении располагать к себе людей, когда ему это было выгодно, не было равных. Даже я успела прочувствовать это.
В нем ощущался стержень, сила духа, волевой характер. ""Твердая мужская рука, одетая в бархатную перчатку"" — вспомнилась фраза из книг.
И ребенок потянулся к нему.
Черт, как же не вовремя!
— Не люблю, — согласился Артур.
— Я могу поделиться! — отозвался брат.
— А я с тобой овсянкой?
— Не-е-е, спасибо! Сам ее ешь! — звонко рассмеялся Сережа. — Что у тебя с рукой?
— Повредил. Болит немного.
— А я однажды порезал. Вот здесь! Меня Златка в больницу возила. Зашивали и тоже бинтовали. Долго.
— Не больно было?
— Нет. Только укол сделали, а потом я даже не чувствовал ничего!
Не поворачиваясь, я так и стояла к ним спиной, слушала их болтовню и разливала кипяток по подготовленным чашкам.
Брат ни с кем из знакомых взрослых не шел настолько быстро на контакт.
Не помню, чтобы он вот так с кем-то сразу, с первой встречи, делился своими маленькими тайнами, рассказывал истории из жизни. А сейчас его будто подменили!
— Злата, это правда? Мы переезжаем жить в город? И в школу я пойду городскую? Как Артем? В гимназию? — внезапно засиял братишка, вскочив от радости со стула.
— Что?
Я с грохотом поставила две дымящиеся тарелки на стол.
— Артур сказал, что мы теперь будем жить в городе!
Я перевела взбешенный взгляд на виновника.
— Артур немного перепутал. Это он будет жить в городе.
— Нет, он сказал, заберет и нас!
— Сереж, тебе не нравится наш дом? А как же мама? Как мы ее оставим?
— Она постоянно пьяная! И мы ей не нужны! Она сама кричит, чтобы мы убирались, чтобы не мешали ей жить так, как она хочет. А еще она бьет меня, когда тебя нет…
— Замолчи! — рявкнула, чувствуя, как краснею под тяжелым взглядом мужчины.
Брат, насупившись, обиделся.
Да, я знала все это, знала, что в пьяном бреду мама могла не контролировать себя.
Пыталась с ней разговаривать, даже уговаривала пройти лечение.
Но зачем это знать постороннему человеку?
— Завтракай, — выдохнув, кивнул Артур, задумчиво глядя на мальчишку, а после перевел острый, как лезвие, взгляд на меня. — И ты присоединяйся. А потом поговорим."
"Глава 10
Три дня. Такой срок дала мне хозяйка магазина, чтобы я ""выздоровела"" и вернулась к работе, после того как я созвонилась с ней и соврала, что приболела.
