Ребенок от подонка

Может… может, все наладится?

Раньше я думала, что если Камиль все осознает, и вернется, я его не прощу. Буду бить словами, отомщу. А сейчас… сейчас я склоняюсь к тому, что все достойны второго шанса. Если о нем просят, если показывают, что сожалеют об ошибке, и готовы исправиться.

– Приехали, – Кам остановил машину, и внимательно взглянул на меня: – Готова?

– Да, – уверенно ответила я, и мы вышли из машины.

Три дня прошли… странно, пожалуй.

Все было так, как раньше. Иногда я даже забывала, что были эти жуткие шесть месяцев в моей жизни.

Камиль рядом, сын рядом, мы живем вместе. Кажется, что я закрою глаза, открою их, и увижу маму с папой, бабулю, и расскажу им всем о дурном, затянувшемся сне.

Они посмеются, бабушка погладит меня по голове, и шепнет, что сны на то и сны, чтобы иногда пугать.

Утром Камиль отвез нас с Марком к дедушке.

– А ты не хочешь зайти? – спросила я у Кама, который остался в коридоре.

– Думаю, дедуля будет рад тебя увидеть. Но смотри сам, – улыбнулась, и вошла в палату.

Здесь уютно, но все же, не дом.

Хотя, деда Паша устроился удобно. Сидит на кровати с каким-то мужчиной в возрасте, а между ними шахматная доска.

– О, какая красавица, – незнакомец поднял на меня глаза. – Да еще и с мальчуганом. Твои, Яковлевич?

– Мои-мои. Потом доиграем, – дедушка встал с кровати, подошел ко мне, и я поцеловала его в щеку.

Дверь за спиной еле слышно хлопнула.

– Друга нашел? – я начала разбирать пакет, и ставить гостинцы на стол, пока дедушка возился с Марком.

– Здесь с ума сойти можно.

Бесконечные процедуры, осмотры… меня зачем-то в соляную пещеру таскали.

– Ничего, восстанавливайся, – проворчала я.

Снова укол совести. Дедушку лечат, но сейчас я вижу, как он сдал. Ногу до сих пор приволакивает, голову странно держит. Пожар дорого ему обошелся, но все началось задолго до него. Дедуля уставал, с работы домой, где тоже не до отдыха было. С младенцем возиться – так себе отдых, а Марк у меня – тот еще скандалист, и успокоить его – целая история.

Дедушка даже не мог себе позволить выйти во двор с теми же шахматами, и поиграть с каким-нибудь старичком.

– Подрос, малец, – дедушка пощекотал живот Марка, и тот довольно взвизгнул. – Скоро меня обгонит. А отец его где?

– Я здесь, – услышала я, обернулась, и увидела стоящего у двери Камиля.

И на отца Марка откликнулся.

Я кивнула, отвернулась от него, и начала наливать дедуле сок. А сама улыбалась при этом, надеясь, что никто не видит. Камиль здорово мне помог, мы почти неразлучны в эти дни.