– А, доченька, откуда в нашей семье ещё один Лапин?
– Я его родила, – опускаю взгляд, чувствуя себя виноватой. – Сама. Во Франции.
– Ну, ясно, что не подкинули, – отвечает мне отец и передаёт Матвея Дане, которая нежно и мягко принимает малыша.
Со вздохом встаёт с дивана, давая понять, что дело плохо. Скрещивает руки за спиной и принимается ходить взад-вперёд.
– Сколько ему? – начинает допрос отец.
– Полгода.
– Полгода?! И ты молчала всё это время? Алиса!
– Я боялась тебе сказать! Ты же… Ты же меня убьёшь!
– Убью! Воскрешу и ещё раз убью!
– Пап, – подхожу к нему и дотрагиваюсь до его плеча.
– Ты всегда хотел, чтобы я вначале отучилась, а потом семью заводила. А я… Я забеременела. Не оправдала твоих надежд и амбиций. Поэтому я молчала. Стыдно было! Не хотела становиться ужасной дочерью в твоих глазах. Оттягивала момент своего падения как можно дольше. Понимаю, что поступила ужасно! Я раскаиваюсь и признаю свою вину.
– Потому что образование для тебя, моей наследницы, должно быть превыше всего! – кричит папа, пригвоздив меня взглядом к полу.
– Кому я бизнес свой передам? Необразованной мамашке, которая по самую макушку в грязных подгузниках? Ты себе жизнь покалечила этой беременностью! Чего ты добьёшься с ребёнком на руках? А? Чего?!
– Всего добьюсь! – кричу ему в ответ. – Потому что теперь мне есть ради кого бороться и как лошадь пахать! Ради Матвея я готова ночами не спать! Работать, чтобы у него всё было!
– Правда? – театрально удивляется.
– Да! – с вызовом кидаю.
– Я теперь взрослая и всё могу сама. Для себя и для сына своего я всё сделаю!
– Неужели? Взрослая она, вы только посмотрите! – восклицает. – Тогда давай мы с тобой посмотрим, что ты сможешь одна. Без моих денег, поддержки и влияния? А, взрослая?
– Легко! – кидаю с улыбкой, даже не представляя, что мне теперь делать.
Папа прав. Сейчас без денег я, правда, ничего не смогу. Даже Матвею подгузники купить буду не в состоянии. Нет, у меня есть сбережения, но их будет мало, чтобы содержать малыша.
Ведь мне предстоит столько купить для моей крохи. Кроватку, стульчик, манеж…
– И куда же ты пойдёшь? К отцу ребёнка? – расспрашивает папа на эмоциях. Раздражая своим издевательски-насмешливым тоном. – Кстати, кто этот несчастный, который осмелился дочь мою тронуть?
– Неважно, – бросаю, поджав губы.
Не признаваться же папе, что его дочь переспала с непонятно кем.
– Ну, скажи мне! – продолжает меня мучить. – Интересно посмотреть на этого идиота.
