Ребёнок магната. Не.Разлучные.

Пальцы приятно скользят по мягкому бархату, пока я поднимаю крышечку, а взгляд впивается в золотой браслет с изящной пластиной. Беру его в руки, поглаживаю металл и вчитываюсь в гравировку.

— Мама Мика? — повторяю вслух и всхлипываю. Последние остатки здравого смысла разбиваются об эмоции. Чувства захлестывают меня, и я даю волю слезам.

— Дан предлагает тебе стать его мамой, — торжественно объявляет Ян.

— Ма, — подтверждает малыш и усаживается рядом.

— А… — сглатываю комок в горле. — Можно?

— Да, развод оформлен.

Сейчас Анна подписывает все необходимые бумаги, как мы и договаривались, — деловым тоном сообщает Ян. Но я чувствую, как он напряжен. — Ориентировочно через неделю-две можешь подавать документы на усыновление.

— Правда? — бережно Дана к себе прижимаю, будто его забрать могут.

— Конечно, ёжик. Ты для Даниэля настоящая мама. И всегда ею была, — Ян помогает мне надеть браслет на запястье.

— Ма-ма Ми-ка, — ковыряет малыш пальчиками золотую пластину.

Не обронив ни слова, Ян берет мою руку. И через секунду на безымянном пальце поблескивает помолвочное кольцо.

— А вот и мое предложение, — хрипло выдыхает Левицкий. — Выйдешь за меня?

В ответ могу лишь головой лихорадочно махать. И плакать. От радости.

— Я так счастлива, — признаюсь тихо. — Никогда ничего подобного не чувствовала.

— Теперь все будет так, как ты захочешь. Обещаю, — касается моих влажных щек ладонью. Целует, собирая слезы губами.

Невольно уношусь мыслями в Россию.

К сестре и близнецам. Дана тоже беременна. И я не против была бы встретиться, обсудить «мамские штучки» или просто поговорить ни о чем.

— Я к сестре хочу. Хотя бы на денек. Пусть не прямо сейчас, а после того, как Даниэля усыновлю. Но… — умоляюще смотрю на будущего мужа.

— Тебе разве можно лететь? — хмурится Ян.

— Спросим у Пашкевича, — мгновенно нахожу выход. — И когда он даст добро…

— Я хотел бы полететь с вами, — доносится с порога голос Адама.

 — Если вы не против…

Под ногами хрустит снег, а ледяной ветер беспощадно лупит по лицу. Отвратительная погода, но я кошусь на Мику, которая улыбается широко в предвкушении встречи с сестрой, и хотя бы на душе становится теплее. Однако вокруг все так же холодно и противно. Оборачиваюсь буквально на секунду, чтобы убедиться, что Адам и Дан следуют за нами. Дед крепко держит малыша за ручку и, поймав мой взволнованный взгляд, подмигивает ободряюще.