Ребус. Расшифровка

На печати имеются подписи понятых… Акт составлен в присутствии понятых… Кто у нас сегодня в понятых? Моряки?… В присутствии понятых: Мойму Павла Николаевича, моряк, в/ч № 6509, и Пирожкова Ивана Моисеевича, матрос срочной службы, в/ч № 6509. Так, пиши далее: сам гражданин Чухов от подписи отказался, при этом нецензурно выругавшись. Все. Дальше подписи понятых, подпись Травкина. Число, дата… Дай посмотрю… В принципе, все верно, кроме одного – целлофан пишется через «Е». Но это уже детали. Все, давайте, грузитесь и в контору.

Ровно через два часа и пятнадцать минут во внутреннем кармане уже порядком захмелевшего Лехи Серпухова раздалась мелодия «Боже, царя храни». Леха несколько секунд раздумывал – отвечать или нет, однако чувство долга все-таки взяло верх, и Серпухов нажал кнопку ответа. Невидимый абонент что-то возбужденно затараторил Лехе в ухо, и по мере его рассказа лицо Серпухова на глазах вытягивалось и наливалось багровой зарей.

– …Ты что, гад, творишь!!! Вы что, твари, надо мной измываетесь!!! – неожиданно сорвался на крик Леха.

Леха отключился и, ничего не объясняя отходившему облегчиться Нестерову, тут же принялся давить на клавиши телефона. Трубка Серпухова обладала довольно мощным динамиком, а посему последовавший затем диалог бригадир сумел услышать практически дословно:

Леха выключил трубу, бешеными глазами посмотрел на Нестерова и скомандовал:

– А что случилось-то?

– По дороге расскажу.

За то время, пока Нестеров и Серпухов добирались до базы розыскников, Дима Травкин, с которым они не так давно расстались, носился по конторе, как раненный в жопу олень. Сначала он не без труда, но отыскал следователя. Как раз вовремя – тот уже складывал бумаги в портфель, собираясь уходить. Дима влетел в кабинет и заискивающим тоном, вкрадчиво поинтересовался:

– Анатолий Анатольевич, а вы уголовное дело уже возбудили?

– Уже возбудил… а обещанных пирожных не наблюдаю.

– Про пирожные – никто.

– Да нет, я про то, что вы, мол, возбудили?

– Во-первых, не «мол», – назидательно ответствовал майор. – А во-вторых – жена.

– М-да, Травкин… Что-то ты сегодня малость того, тупишь. Моя жена. Она звонила, спрашивала, когда явлюсь. Я ответил, что возбужден и «под утро»…

– И больше никто? – нетерпеливо перебил его Дима. Майор удивленно посмотрел на него поверх очков:

– М-да, действительно, слава богу, Дима, что ты не женат.