Ребус. Расшифровка

– Лямка, кончай балаболить! – миролюбиво попросил Нестеров. – От твоего нытья уже в ушах звенит.

– Я не ною, Александр Сергеевич, я просто размышляю. Правда, размышляю вслух.

– Понятно, «я не такая – я жду трамвая». Но хотя бы минуту ты можешь помолчать? Паша, запроси настроечку Эдика.

– «Семь-три-семь», «семь-три-семь», ответьте «семь-три-пятому». Ваша настроечка?…

Вместо отзыва в радиоэфире в кармане пиджака завибрировала мобила бригадира. На экране высветился номер Каргина, из чего следовало, что у Эдика для Нестерова имеется некая конфиденциальная информация, не предназначенная для ушей дежурного по Управлению.

– Сергеич, у нас тут такая канитель нарисовалась. Около метро «Звездная» Ростик вышел из вчерашней «Вольвы», пошарился по рынку (скорее всего, проверялся, но не факт) и минут через пятнадцать вернулся к метро. Здесь он сразу тормознул белую «восьмерку», проехал на Димитрова и припарковался во дворе дома 18 первый корпус. А вот дальше неудобно получилось: пока мы искали толковую стояночку, Ростик прошел ко второму корпусу и нырнул в подъезд.

Мой «грузчик» за ним сперва не поспел, а потом еще и с домофоном не совладал. Словом, девять этажей и на каждом по шесть квартир с сомнительной перспективой установления адреса.

– Прелестно. А белая «восьмерка», я так понимаю, уехала?

– В том-то и дело, что нет. Так и стоит, у первого корпуса, и водила из тачки не вылезает. Это меня, признаюсь, немного радует, и все же… Вы скоро нарисуетесь?

– Минут через десять.

– Ждем вас с глубоким нетерпением.

Как подъедете, сразу за вторым корпусом – поликлиника. На мой вкус там довольно уютная бухточка для парковки.

– Только давайте, мужики, побыстрее. А то чегой-то мне не нравятся и окрестный пейзаж, и слишком активная жизнь нашего подопечного.

– Хочешь сказать, что лучше бы он был не активным бандюганом, а пассивным гомосексуалистом?

– Точно, причем на зоне, – хохотнул Эдик. – Кстати, Сергеич, знаешь новую хохму про бандюков? Короче, с бандитской стрелки выносят умирающего, окровавленного братка.

Он делает последнее усилие, приподнимается с носилок и шепчет: «Братва, передайте нашим… если у гранаты вырвать чеку – она взрывается»…

Нестеров отключил трубу и, отсмеявшись, скомандовал:

– Паша, ориентир угол Димитрова и Будапештской. Поспешай, пока они не в движении.

– Есть поспешать, – отрапортовал Козырев и зевнул так, что едва не свернул челюсть.

– Вот видите, Пашка тоже не выспался, – немедля констатировал Лямин.