Те, будучи занятыми поисками бежавших пленных, на нас особого внимания не обращали. Пленный обер-лейтенант вел себя достойно. Нашу договоренность соблюдал от и до. Сдать нас своему командованию не спешил, понимая, что потом будет с ним и остальными. Три раза в сутки мы отправляли командующему авиацией 4-й полевой армии суточные донесения о состоянии дел и выполненных мероприятиях, сопровождении полетов самолетов, количестве годных и требующих ремонта бортах, расходе ГСМ, запчастей и боеприпасов, сообщали и о погоде в районе аэродрома.
В обратную сторону нам шли распоряжения о выделении самолетов. Все заявки мы старательно выполняли, высылая в указанные районы «Шторьхи» для наблюдения и наведения поисковых групп. Все свободные борта висели в воздухе, ведя наблюдение за дорогами и лесом. Этим мы решали свои корыстные задачи – готовили пилотов на трофейную авиатехнику. Но долго это продолжаться не могло, пора заканчивать игру, и желательно с хорошей миной. Штаб люфтваффе и так задергал по поводу пропажи двух транспортников с ранеными офицерами, вылетевших от нас и не севших в Варшаве.
Спасало то, что с других аэродромов «люфтов» сообщалось о появлении в районе Беловежской пущи истребителей противника, уже вторые сутки терроризирующие, все вокруг. На совести этих «русских» обстрелянные автомобильные колонны и железнодорожные составы, стоявших на второстепенных станциях, а также возвращавшиеся после бомбардировки «Хенкели» и «Юнкерсы». Поиск площадок, откуда взлетают русские, пока ни к чему не привел.
Именно на них списывалась пропажа бортов. Пока верят, но всему приходит конец, тем более что карты розданы и все готово. Вчера разведгруппа на «Аисте» была доставлена поближе к Варшавскому мосту. Сегодня она прислала квитанцию о готовности к действию. Неплохим должен быть наш концерт. Надеюсь, наша самодеятельная театральная труппа хоть этим сорвет аплодисменты в Генштабе. А то предыдущее выступление с захватом Куплина, похоже, не оценили…
Бой за аэродром начался задолго до появления моей колонны.
С наступлением темноты снайперы и разведчики потихоньку уменьшали гарнизон. Около тридцати солдат противника, в соответствии с устоявшимся здесь распорядком дня, направилось в близлежащую деревню за доступными развлечениями – выпивкой и женщинами. Было там несколько мест, где местные жительницы оказывали услуги интимного характера. Обычно посиделки заканчивались под утро, когда ловеласам требовалось возвращаться на службу.
