Рейд выживших

Немцы занимали два живых дома и несколько сараев рядом с ними. Спокойствие на хуторе охраняли четыре поста. Два парных на выездах из хутора и еще два с пулеметом прикрывали хутор со стороны леса. Кроме того, по хутору прохаживался еще и парный патруль. Все это безобразие прикрывала «дашка» на зенитной треноге, вольготно разместившаяся на полуразобранной крыше сарая. Во дворе одного из домов среди кустов просматривался ствол противотанкового орудия, смотревшего на дорогу. У отдельно стоящего сарая торчал часовой, охранявший наших пленных.

Под его же охраной были и два трофейных «ГАЗ-АА». Водители, в поношенной военной форме без погон и русских сапогах, кривым стартером пытались их завести, а десятка полтора солдат с поджарым унтером во главе, построившись неподалеку, готовились к выезду.

Все патрули и часовые несли службу в касках и с пристегнутыми к винтовкам штыками. Униформа немцев отличалась от всех ранее мной виденных – зеленоватого оттенка, с коричневым воротником и манжетами с оранжевым кантом и нарукавной эмблемой.

Покопавшись в памяти, понял, что здесь стоит одно из полицейских подразделений вермахта.

Местные жители занимались своими повседневными делами, абсолютно не обращая внимания на суету солдат. Словно ничего и не происходило вокруг и у них на постое не стоят чужие солдаты. Только вездесущая детвора, несмотря на начавшийся мелкий дождик, с интересом рассматривала происходящее. На лугу мирно паслось небольшое стадо коров и десяток лошадей. Пахло свежескошенным сеном. С окончанием дождика детвора с корзинками в руках направилась в лес.

Во главе их шли две пожилые женщины. Молодых девушек и женщин среди жителей деревни не наблюдалось.

С отъездом грузовиков несколько солдат под руководством тощего унтера в очках выгнали и построили у сарая пленных. По словам Сергея, там их должно было быть порядка десятка, а тут их было куда больше, в том числе и раненых. Мы насчитали больше тридцати человек. Видно, за прошедшие сутки еще натаскали. Видок у них был еще тот. Грязные, мятые, немытые.

Не разберешь, кто, откуда и в каком звании. Стриженные все одинаково коротко. Часть без обуви, в одних намотанных на ноги портянках. Бинты у раненых от грязи и пыли были чуть посветлее гимнастерок. Тем не менее было видно, что люди окончательно не сломлены. Они помогали и поддерживали раненых. Когда принесли большой котел и стали раздавать пищу, не бросились толпой, а спокойно ждали своей очереди. Одно это о многом говорило. К работам пленных не привлекли.