Река Хронос

— Я хотел бы повидать госпожу Иваницкую, — сказал Ахмет. — Возможно, она остановилась у вас под фамилией Берестова.

— Как? — Портье вздрогнул. — Вы господин Берестов? Вы пришли?

— Нет, я его друг, — сказал Ахмет. — Я его друг по гимназии. А где госпожа Берестова?

— Вы господин Керимов? — сказал портье. — Заходите, пожалуйста. Она вас давно ждет.

В голосе портье был укор человека, который знает о тебе куда больше, чем тебе бы хотелось.

— Я не мог раньше, — сказал Ахмет. — Я был далеко.

— Я представляю, — сказал портье. — Если вы тот Керимов, которого до сих пор ищет полиция.

— Нет, — сказал Ахмет. — Конечно же, я не тот Керимов.

— Впрочем, мне это не важно. Даже если вы Джек-потрошитель.

— Я и не Джек-потрошитель, я совсем не говорю по-английски, — сказал Ахмет. — Но могу ли я понимать вас так, что Лидочка Иваницкая все еще здесь?

— А куда ей деваться, — сказал портье, — если она до сих пор не верит, что Андрей Сергеевич умерли? А вы мучаете ее — нельзя целый месяц подряд питать ложные надежды.

— Она у себя? — спросил Ахмет.

— Поднимитесь. Комната четырнадцатая.

Ахмет всей спиной чувствовал недобрый взгляд портье — будто тот был обманутым отцом соблазненной девицы.

«Я тут совершенно ни при чем!» — хотелось крикнуть Ахмету, но он, разумеется, не крикнул — поспешил по лестнице на второй этаж.

Лидочка открыла дверь и встретила его обыкновенно, словно он отходил за папиросами, но задержался.

— Здравствуй, Ахмет, а я уж боялась, что ты не придешь.

— Я понял по поведению цербера внизу. Он много знает.

— С кем-то надо разговаривать, — сказала Лидочка. — А я здесь уже три месяца живу. Сначала мне казалось, неделя — невыносимо долго. А теперь я не могу тебе сказать, что давно сюда приехала.

— Тебе, наверное, деньги нужны!

— Ты заходи, Ахмет, заходи. Я, честное слово, рада, что ты обо мне вспомнил.

Ахмет снял канотье и хотел было ловким движением закинуть шляпу куда-нибудь, как положено при светском визите. Но в этой скудной комнатке некуда было кидать канотье.

Лидочка села на кровать — та устало заскрипела, как голодная медведица. Показала Ахмету на стул напротив. Ахмет наконец-то разглядел ее — Лидочка была в скромном коротком, до половины икр, сером платье. Единственное украшение на нем — белый кружевной воротничок.