Река Хронос

Археологи привели с собой в цитадель греческих землекопов, чем генерал-майор Ломейко, комендант Трапезунда, был недоволен. Авдеев предложил использовать в качестве рабочих русских солдат и платить им за это, но эта идея вызвала у Ломейко возражения.

— Господин профессор, — сказал он, — наша держава находится в состоянии тяжелой войны. Я не знаю и знать не хочу, почему ваши спутники не держат в руках винтовку… — Тут генерал сделал паузу, надеясь, может быть, что Авдеев со своими сотрудниками изъявит желание пойти на фронт добровольцами, но ответа не дождался и закончил свою мысль так: — Но мои солдаты, все до единого, нужны на своих боевых постах.

Генерал Ломейко был стар, бугрист и неуверен в движениях. Он сам уже не воровал и не мог контролировать подчиненных, поэтому был им удобен и даже любим.

В конце концов все, разумеется, уладилось: греческие землекопы начали лениво махать лопатами и кирками, а среди населения города распространилась уверенность в том, что горластый профессор из Москвы ищет сокровища императора, потому что купил секретную карту.

Рабочих у Андрея было всего трое, они проявляли рвение лишь первые два часа, по холодку, но как только воздух прогревался, укладывали инструменты на землю и шли пить кофе, и ничто не могло заставить их вернуться раньше трех часов пополудни.

Андрей, впрочем, и не возражал против ухода рабочих. Он оставался один в тишине и мог не спеша рассмотреть углубившуюся траншею, проверить, не вылезает ли из ее серой стены наконечник стрелы или обломок сосуда, разобрать кучу породы — тяжелой, перемешанной с камнями, и выудить из нее все интересное — работы как раз хватало до обеда.

Потом он спускался вниз, в небольшую кофейню. Там уже наладились какие-то знакомства, и Андрей с улыбкой отвечал на дежурные вопросы, нашел ли господин доктор свой клад? Попытки его объяснить даже наиболее интеллигентным офицерам, что его интересует не клад, а само знание, вызывали усмешки.

Порой к нему подсаживался тот или иной старожил и объяснял, что Андрей ищет клад неправильно, и даже находились люди, готовые за долю в находке нарисовать план, где нужно искать.

Нижний этаж башни был завален спекшейся смесью земли и камней — когда-то сверху рухнула кровля, потом перекрытие второго этажа, а через пролом в стене и набралось за столетия немало земли и пыли. И все это было сцементировано так, что впору взрывать. Так что землекопы вгрызались в завал медленно и за три недели прошли чуть больше аршина.