— Нас что ль?
— Вас, вас!
Затрещали кусты к ним
навстречу вывалился полнотелый высокий мужик в зеленом двубортном пиджаке с
золотыми пуговицами. Он покачивался туда-сюда, и то и дело сдвигал вверх рукав,
что бы поглядеть на аккуратные блестящие часики. Однако, эта весьма простая
операция никак ему не удавалась, отчего мужик сердился и сопел, но вальяжного
барского вида не терял.
— Сколько время, ребятки, —
спросил он важно, с некоторой долей нарочитой вежливости, — папке не пора ли
еще домой?
Леший поднял вверх палец,
взглянул на него и тут же дал ответ:
— Два часа пополуночи.
— Врешь, — отмахнулся мужик
и скривил свое большое, похожее на коровью морду, лицо — не может того быть. Мы
в одиннадцать закончили в вист играть, я вышел подышать. Подышал. И что, уже
два часа? Вре-е-ешь!
Леший задумчиво смотрел
куда-то в сторону, а лесная баба хищно водила носом по сторонам. Она уже
немного прибавила в объеме.
— Это ж надо, такие молодые
и уже научены врать, — мужик строго погрозил пальцем, — а если я вас процентов
по вкладам лишу? Тогда как?
Леший опять не ответил, он
уже теребил свое ухо, готовясь сорвать с него пару-тройку волосков.
— Эта, — вспомнил вдруг еще
о чем-то мужик и с подозрением оглядел своих собеседников, — а где мой
«мерин»?
— Во! — обрадовано
вскликнула раздувшаяся пузырем старуха.
— Ездют же еще люди на конях? Не все на
железные таратайки пересели?"
"— Какие кони? — икнул
мужик. — Я говорю, где мой «мерс»? Если не покажете, сейчас вам ножки ваши
тонкие поотрываю и в ушки вставлю, чтобы не шалили. А знаете что, ребятки? —
мужика явно понесло. — Дам-ка я вам за красивые глазки баксик, — он полез в
карман, вытащил мятую зеленую купюру и повертел ее перед глазами, потом
медленно разорвал на две половинки.
— Нет, лучше каждому по равной доле, что б
никому не обидно. Вы ведь компаньоны?
— Во дает мужик! Во дает!
— старухе явно нравился новый знакомец, она чуть ли не тыкалась в него носом и
готова была крутиться рядом безконечно долго, однако у лешего для этого
терпения явно недоставало. Он наконец вырвал необходимое число волосков,
подбросил их в воздух и прошептал некие заветные слова. Мужик осекся, застыл.
