Потом достал из кармана горсть смятых ассигнаций, выбрал несколько двадцаток, полсотенную и, сгрузив все это на колени информатору, сказал:
— Вот твои сто пятьдесят ливров. Посчитай.
— Да, мистер Главный, сто пятьдесят.
— А вот за оторванную пуговицу, — добавил Филдс и вложил в руку Штефана еще пятерку. — Теперь давай поговорим.
— Давайте, — кивнул информатор и откашлялся.
— Нам нужно больше информации про этот объект. Значительно больше.
— Но я… этому мистеру все уже передал по телефону, — сказал информатор, показывая на Мартина.
— Я понимаю. Тебе известно только определенное количество информации, но кому-то же известно больше?
— Дежурному, мистер Главный. Лейтенанту Смайлзу.
— Он сегодня дежурит?
— Да, мистер Главный. Он дежурит сегодня, а еще со среды на субботу и потом еще после праздников.
— Нет-нет, — остановил его Филдс. — Меня интересует сегодняшний день. Скажи, как я могу встретиться с этим дежурным.
— Мы заканчиваем в шесть.
— Не годится, я спешу.
— Я могу провести одного человека как своего родственника.
Мой брат из Ногли давно хотел приехать и посмотреть, где я работаю. У нас, конечно, никого пропускать нельзя, но если дежурный смены выписывает пропуск, то пройти можно.
— Хорошо, я будут твоим братом из Ногли.
— Нет, вы совсем на него не похожи, мистер Главный.
— А что, лейтенант Смайлз знает твоего брата в лицо?
— Не думаю, — ответил Штефан после паузы."
"Филдс с Мартином переглянулись. Первый как бы говорил своим взглядом: «Тупой у тебя информатор», а Мартин как бы отвечал молча: «Ну, какой есть».
— Тогда давай так: твой брат приехал в наш город лечиться. Город большой, возможностей здесь побольше, чем в Ногли.
— Да, мистер Главный, Ногли — форменная дыра. Однажды я пошел там в клуб «Фламинго», так оказалось…
— Стоп! — поднял руку Филдс. — Я спешу, Штефан. У меня сегодня еще куча дел.
— Извините, мистер Главный.
— Итак, я продолжу…
Но договорить ему не дали. Мимо проскочила машина, заскрежетав тормозами, она подпрыгнула на бордюре, а затем вылетела на пустой тротуар.
Ее передние двери распахнулись, оттуда выскочили двое мужчин и бросились к автомобилю Филдса.
Парризи и Ричмонд мгновенно оказались на улице с пистолетами наготове, но те двое лишь добежали до багажника своей машины и стали громко кричать, обвиняя друг друга в том, что заднее колесо оказалось напрочь изорвано какой-то железкой.
Филдс привстал на своем сиденье, чтобы убедиться: их покрышка действительно выглядела жалко.
