Реквием

Вот еще, радости-то!

– Понятно, – констатировал незнакомец. – Ты как, всю жизнь бомжевать собрался или планы на будущее есть?

– Нет у меня планов, – огрызнулся Игорь. – Чего привязался?

Послышался шум приближающейся электрички, и он, ловко схватив лежавшую на скамейке купюру, быстро встал.

– Вон мой поезд идет, мне ехать надо.

Однако незнакомец цепко ухватил его за рукав куртки.

– Сидеть, – скомандовал он. – И не дергаться. Сначала поговорим, потом поедешь. Если захочешь, конечно.

Так состоялось знакомство Игоря Вильданова с Вячеславом Олеговичем Зотовым.

И вот теперь, когда молодой певец был почти в зените славы, позвонил какой-то тип и сказал:

– У меня есть кассета, на который ты развлекаешься с бабами. Представляешь, какое море удовольствия получат твои фанаты, когда узнают, чем ты промышлял в юности, а? Журналисты на тебя набросятся – это уж к гадалке не ходи. И конкуренты по эстраде будут счастливы тебя с потрохами сожрать. Так что подумай, звезда.

– Сколько вы хотите? – сразу спросил Игорь, не раздумывая.

Деньги у него были, и он готов был заплатить за кассету, сколько скажут, разумеется, в пределах разумного.

– Легкой жизни не будет, – отрезал звонивший. – Мне деньги не нужны. Мне нужны другие кассеты.

– Какие – другие? – не понял Игорь.

– Которые были в доме у Немчиновых, когда их убили. Достанешь кассеты – получишь свое нетленное изображение. Не достанешь – пеняй на себя. Прямо на концерте тебя и ославлю.

– Да где же я их возьму? – в отчаянии закричал Игорь.

– А ты у телки своей спроси, пусть она тебе подскажет, где кассеты, которые у них на даче лежали.

– Но она же совсем ребенком была, когда родителей убили. Откуда ей знать?

– А пусть она у дедульки своего спросит. Он-то небось не ребенком был, когда сына с невесткой убивал. Короче, звездочка, действуй, а я тебе позванивать буду время от времени. Не достанешь кассеты – кровью и слезами умоешься, это я тебе обещаю."

"Первой мыслью Вильданова было, как обычно, броситься к Зотову. За все годы, что они были вместе, так происходило всегда.

Зотов решал все проблемы, как бы трудны они ни были, и буквально водил своего подопечного за ручку, дабы тот не споткнулся на жизненных ухабах. Игорь был не в состоянии принять даже простейшее решение, настолько он привык полагаться на наставника. Но в этот раз что-то в нем взыграло. Не то самолюбие (что вполне уважаемо), не то гонор дурацкий (что достойно самой резкой критики), только отчего-то не захотел он Зотова посвящать в свои трудности.