Как видишь, поработали они над тобой… виртуозно!
И вновь брат замолчал на несколько секунд. Обдумывал услышанное.
Потом озадаченно протянул:
— Странно. Для чего было так заморачиваться? Не проще ли тупо застрелить?
— Нет, если все хорошо продумать и использовать ситуацию как приманку!
— О чем это ты?
— Кое-что произошло, пока ты был в отключке…
— Что? — настороженно.
— Борзый вычислил крысу. А тот в свою очередь, сбегая, положил хрен знает сколько народу и… увез с собой Лизу. Ее всюду ищут.
— Это нехорошо.
Очень нехорошо!
— Да. Я места себе не нахожу. А Соня…
— Что с ней? — Алексей дернулся, намереваясь подняться с постели.
Андрей резко изменил тактику, опасаясь навредить брату:
— Лежи-лежи! Она тоже здесь. Привести ее?
— Нет! — яростный протест. — Не вздумай! Не хочу, чтобы она видела меня в таком состоянии! Ей… ей нельзя волноваться!
«Как и тебе, братишка. Как и тебе…»
Глава 59
Он кивнул, начиная осознавать, что новость о потере ребенка способна подкосить даже здорового человека.
А Алексею не помешало бы сперва окрепнуть. Поэтому просто молчал, ожидая от него инициативы.
— Кто оказался ублюдком? — все еще слабый голос брата нарушил воцарившуюся тишину. — Кого Борзый вывел на чистую воду?
— Шмель! Убийца наших родителей! Их ведь убили, не так ли?
Алексей окатил его ошарашенным взглядом и выдохнул:
— Откуда ты знаешь?
Игнорируя болезненный комок в горле, Андрей пожал плечами.
Осознав, что замер посреди комнаты, сделал шаг вперед. Еще один.
И еще. Лишь оказавшись прямо у постели брата, он тихо обронил:
— Есть доказательства его вины. Есть свидетели.
— Паскуда! Я всегда это знал! Но…
— Почему ты скрыл от меня правду о родителях?
Алексей отвел глаза:
— Чтобы у тебя появился хоть мизерный шанс на спокойное детство!
От его слов в глазах предательски защипало. Руки затряслись.
Стиснув зубы до противного скрежета, дабы не разреветься, подобно девчонке… дабы не выказать своей слабости, Андрей мертвой хваткой вцепился в ладонь старшего брата.
Как никогда чувствуя их родство, их единение, он улыбнулся через силу. Превозмогая себя, произнес:
— Только сейчас… когда едва не потерял тебя… я понял, как много ты для меня сделал! Понял, что обязан тебе всем! Понял, что ты – единственный родной человек на всем белом свете! Понял, как много ты для меня значишь! Понял, как сильно… ты мне дорог!
— Андрей…
Брат смотрел на него очень странно. Его глаза неестественно блестели.
