Реквием в Брансвик-гарденс

Выходя, он аккуратно притворил за собой дверь.

В первую очередь он нанес визит мисс Эдит Третован, леди, чей возраст было трудно определить из-за того, что нездоровье отобрало у нее ту жизненную силу, которой она в противном случае обладала бы. Кожа ее поблекла, а волосы стали почти совсем серебряными. Доминик сперва подумал, что ей уже за шестьдесят, однако одно или два сделанных ею замечания заставили его смутиться из-за допущенной им неловкости, и он понял, что собеседнице его, скорее всего, было не больше сорока пяти лет.

Эдит была полностью одета, но лежала в шезлонге, как, очевидно, поступала и в лучшие времена. Она явно была рада его приходу.

– Входите, мистер Кордэ! – без промедления воскликнула женщина, и в глазах ее вспыхнул огонек. Она указала тонкой, в синих венах, рукой в сторону другого комфортабельного кресла. – Рада видеть вас.

Улыбнувшись, священник сел в предложенное кресло. Он уже готов был рассказать ей о причинах собственной усталости, однако подобная повесть только расстроит ее. Мисс Третован любила слушать о приятных вещах. Ей было достаточно и собственных испытаний.

– Пожалуй, да, – согласился мужчина, чуть пожимая плечами. – Но меня это не угнетает. Впрочем, возможно, что я ошибаюсь.

Его собеседница также скрывала истину:

– O, спасибо, очень хорошо. И я нахожусь в превосходном настроении. Я только что прочитала несколько замечательных писем одной леди, которая путешествует по Египту и Турции. Какую интересную жизнь она ведет! Читая, я восхищаюсь ею, однако боюсь, что на ее месте умирала бы со страха. – Она чуть поежилась. – Разве не великолепно, что мы можем путешествовать мысленно, посредством других людей? Узнаем все интересное, и никаких тебе мух, жары и болезней.

– Абсолютно согласен с вами, – поддержал ее гость. – Никаких дорожных болезней, никакого болтания и тряски на спине мула или верблюда, никаких ночлегов на земле. А знаете, мисс Третован, честно признаюсь, превыше всего я ценю исправный водопровод…

Эдит бодро хихикнула:

– Согласна с вами.