Реквием в Брансвик-гарденс

Это было письмо епископа об изменениях, вносимых в ход вечерней службы. – Скажешь, еще одно чисто духовное письмо? – Голос ее был полон сарказма.

– Это сделанный Юнити перевод того же самого письма, – рассудительным тоном проговорил суперинтендант. – Здесь я полностью не согласен с ней. Как ты можешь видеть из моего перевода, она истолковала это письмо совершенно неправильно.

– Не получается, – пожала плечами Шарлотта. – Здесь нет никакого повода для ссоры. Никто его здесь не найдет. Просто смешно! Ссора должна была произойти из-за чего-то другого.

– Что ж, тогда будем считать, что она произошла из-за чего-то другого, слишком личного для того, чтобы Вита могла рассказать нам, и поэтому она предпочла прикрыться письмами.

– Я в это не верю, – покачала головой молодая женщина.

– Я тоже, но как бы то ни было, давай попробуй изобразить драку. Лучше стань поближе к столу, чтобы ты могла дотянуться до ножа.

– У нас может ничего не получиться, – заметила Шарлотта. – Ты на несколько дюймов выше Рэмси.

– Примерно на три, я бы сказал, – согласился Питт.

Протянув руки, Томас аккуратно взял жену за горло и пригнул ее к самому столу. Она попыталась сопротивляться, однако при его росте, весе и силе сопротивление было бесполезно. И это еще при том, что он не сжимал ее горло!

– Возьми нож, – приказал Питт.

Заведя руку назад, Шарлотта попыталась нашарить ручку на крышке стола, но та не попалась ей под руку.

Взяв ручку, полицейский подал ее супруге.

– Спасибо, – напряженно проговорила она.

Питт еще немного пригнул ее к столу.

Шарлотта подняла «нож», на мгновение задержала ее, чтобы дать Питту время отшатнуться, как, по словам Виты, сделал Рэмси, а потом ударила изо всех сил, но держа ручку за кончик пера, так что удар практически был нанесен рукой. Она попала мужу в щеку, и Питт дернулся. Однако с тем же успехом женщина могла угодить ему и в горло. Попробовав еще раз, она попала в его шею под ухом.

Распрямившись, суперинтендант потер рукой место удара, который оказался сильнее, чем его жене хотелось бы.

– Вполне возможная ситуация, – без радости в голосе признал он. – B отличие от самой ссоры. Причина ее кажется мне совершенно непонятной. Как по-твоему: он действительно попытался убить ее? Зачем? В самих письмах нет ничего предосудительного, если знать их природу, a ее нетрудно определить, располагая оригиналами. Но даже без них существуют и другие экземпляры. В некотором смысле это известно всем.