Ренегат

Вроде бы переговоры о сдаче города сорвались, теперь будем штурмовать. Ветер как раз подходящий.

– А что с грузом? Без охраны оставим?

– Тс-с-с, – лейтенант придвинулся ближе к Стасу, – мы тут не одни. А о грузе позаботились. Как только выйдем за периметр, будут активированы минные заграждения. Да и подобраться к нему не так просто.

– Об чем шепчемся, бабоньки? – подключился к беседе Коллекционер. – Уже муромские закрома делим? Без меня?

– Да, – усмехнулся Стас, – никак не можем решить, чьих дочурок осчастливим в первую очередь, Грицука или Бурова.

– Обижаешь. – Охотник вынул из-за пазухи брезентовый мешочек и продемонстрировал содержимое – облепленный солью большой палец правой руки.

Сидящий напротив Коллекционера Дьяченко отвернулся и сделал несколько глубоких вдохов.

– Тебе ведь за него не платили, – напомнил Стас. – Как же место присуждать будешь в своей коллекции?

– Для друзей, Станислав, – ухмыльнулся охотник, – место всегда найдется.

Через восемь минут колонна остановилась. Слепящие фонари позади идущего БТРа свернули налево, описывая круг световыми снопами.

– Всем покинуть машину, – скомандовал лейтенант и личным примером увлек за собой бойцов.

– Молодец какой, – язвительно похвалил Павлова охотник, выскочив следом. – Тебе бы батальоны в атаку поднимать.

– Не исключено, что такая возможность скоро представится, – улыбнувшись, ответил тот. – Занять круговую оборону!

Грузовики заглушили двигатели. Боевые машины закончили перестроение.

– Где мы? – Стас покрутил головой, тщетно пытаясь сориентироваться в кромешной темноте.

– Владимирский тракт, – ответил Павлов. – Мы вон с той стороны приехали, – указал он на едва различимый за лесом силуэт высотного здания.

Стас присмотрелся и вздрогнул от неожиданности, когда на самой верхушке обглоданного временем каменного столба вспыхнула яркая точка, а через секунду раздался хлопок.

Сердце екнуло, нервный озноб встряхнул мышцы, желудок сжался, наполнив рот горечью.

– Они все-таки сделали это, – прошептал сидящий рядом на корточках охотник. – Мать вашу ети. Не могу поверить. Они убили Муром.

Узкая белесая линия подсвеченного прожекторами неба начала расти, становясь шире и плотнее. Подхваченное ветром аэрозольное облако двигалось на город. Медленно, бесстрастно и неотвратимо.

Стас молча наблюдал разворачивающуюся картину, не находя сил, чтобы вымолвить хоть слово.