Это друг детства Гедеона.
– Отец тебе позволил? – спросила Оливия.
– Да. Я просто поставил его перед фактом.
Все понимающе кивнули.
– А как дела у Скэриэла? – вдруг вспомнил Леон. – Давно его не видел.
Я растерянно молчал, не зная, что сказать.
– Он…
– Вы поссорились? – бестактно предположил Оливер.
– Нет, – торопливо бросил я и тут же осёкся. – Просто он… приболел.
– Но он ведь пойдёт с нами в академию?
– Оливер, – осадила его сестра.
– Что? Я просто спросил! Мы же написали сопроводительные письма, заполнили заявление на поступление, загрузили на сайт академии.
– И? – Оливия изогнула бровь.
Оливер встал, опёршись руками о стол, словно защищался в суде перед прокурором.
– Хотелось бы вместе поступить. Я просто беспокоюсь за него!
– Он сейчас в Запретных землях. Я пока ничего не знаю о его состоянии, – признался я.
– Надеюсь, что с ним всё будет хорошо, – встревоженно сказал Леон.
Когда мы принялись за латинский язык, раздался тихий стук в дверь.
– Господин Готье, – прозвучал голос Лоры.
– Входи.
Она приоткрыла дверь и смущённо проговорила:
– Вас к телефону.
– На домашний?
– Да.
Мне никогда не звонили на домашний номер, так что я с недоумением уставился на Лору.
– Хм… Кто?
– Представились как мистер Батлер.
Услышав это, я разинул рот, но через пару секунд уже выбегал из комнаты.
– Я отвечу в гостиной! – крикнул я Лоре, несясь на всех парах по лестнице.
Взяв трубку, я сразу отошёл к окну и скрылся за шторой.
Я весь дрожал, боясь услышать худшее. Скэриэл жив. Жив. Он должен быть жив.
– Джером? – Сбившееся дыхание никак не унималось.
На том конце провода молчали.
– Джером, пожалуйста, ответь. Это ты?
Я услышал шуршание, затем треск, после чего раздалось неловкое:
– Да. Я.
– Джером, скажи, как он?
Мне не нужно было называть имя – мы оба знали, ради чего этот разговор.
– Жив. Ему лучше.
Я с облегчением вздохнул и прикрыл глаза, чуть не прослезившись от радости.
– Ты кому-нибудь говорил? – спросил Джером.
– Конечно нет!
– Помнишь наш разговор в библиотеке? – внезапно сменил тему он.
– Да.
– Ты мне должен.
Стиснув зубы, я крепче сжал телефонную трубку. Джером решил меня шантажировать? Неужели он думал, что я сдам Скэриэла и остальных? Если бы я хотел, то давно бы это сделал.
– Я ничего никому не рассказал о том, что случилось, – повторил я.
– Держи язык за зубами, если хочешь, чтобы держал и я.
