Оливер живо спустился с кровати к Скэриэлу, схватил его за руки и взмолился:
– Я буду тебе по гроб жизни обязан, пожалуйста, помоги мне!
Улыбнувшись, Скэриэл кивнул.
Спустя час я посадил успокоившегося Оливера в такси. Он сообщил, что не собирается возвращаться домой, а лучше отправится к дяде. Когда машина скрылась за углом, я побрёл обратно, всматриваясь в свои окна. Шторы в комнате были плотно задёрнуты, свет выключен, но я знал, что Скэр лежит на кровати, уткнувшись в смартфон.
Я вошёл, отодвинул штору, впуская лунный свет, и уселся на пол.
Скэриэл убрал телефон в сторону, лёг на бок, подперев голову рукой, и взглянул на меня.
– Ты правда можешь ему помочь? – тихо спросил я, разглядывая Скэриэла в лунном свете. Очертания его тела тонули в темноте.
– У меня есть выбор? – хмыкнул он.
– У тебя не будет проблем с этим?
– А ты волнуешься за меня? – Кажется, он усмехнулся, и опять самодовольно.
Меня раздражало, когда Скэр отвечал вопросом на вопрос, хотя сам я частенько этим злоупотреблял."
"– Вообще-то я серьёзно.
– Я тоже, – поспешно отозвался он.
Я устало вздохнул. Хотелось выкинуть весь этот день из головы – впрочем, и последние месяцы тоже.
– У меня будут проблемы, если я попадусь, – внезапно проговорил Скэриэл. – Но я хочу помочь Оливеру.
– Какие проблемы?
– В лучшем случае меня могут избить.
– А в худшем? – Теперь я не на шутку забеспокоился.
– Мы сто раз об этом говорили. Жизнь в центре и в Запретных землях различается.
Скэриэл явно не собирался вдаваться в подробности, но я не отставал:
– Я хочу узнать об этой жизни больше: какие там правила…
– Правило только одно: выживает сильнейший, – сухо оборвал меня он.
– Это я уже понял, – проворчал я. – Но я хочу узнать, как вы учитесь, как работаете, чем занимаются низшие и полукровки в свободное время, что думают о чистокровных, хотят ли лучшей жизни, что для этого делают.
Теперь в тоне Скэриэла отчетливо звучало недоверие:
– С чего вдруг такая заинтересованность?
Я опешил, начисто забыв о том, что нужна хоть одна убедительная причина для внезапных расспросов о вещах, которые мы почти никогда не обсуждали.
– Просто… – медленно ответил я, понимая, насколько глупо это звучит, – интересно.
– У тебя что-то случилось? – Я почувствовал его острый взгляд.
– Нет! Я что, просто не могу задать тебе вопросы о твоей жизни? Мы же… друзья?
Скэриэл всё вглядывался в моё лицо, отчего у меня противно засосало под ложечкой. Было неприятно скрывать от него настолько важные вещи.
