Вопрос прозвучал как в третьесортной драме. – Я хотел сказать…
– Слушай, Готи, я не совсем тебя понимаю. – Скэр нервно хихикнул: наверное, понял, что к разговору я не готов и сам. – Это шутка или что? – Он вальяжно уселся на стул. – Репетируешь роль для очередного проекта? Ставите «Отелло» Шекспира в лицее? – Тут он снова поднялся, вскинул руку и угрожающе продекламировал, обращаясь к холодильнику:
Сейчас! Итак, покайся добровольноВ своих грехах, затем что даже клятвой,От каждого отрёкшись обвиненья,Ты ни сломить, ни изменить не в силахСуровое решение моё[3].
Я хотел выглядеть как можно более суровым, но не удержался и прыснул. Скэриэл расслабился, увидев мою реакцию, и вновь улыбнулся.
– Ладно. – Я сел и постарался взять себя в руки. – Я хотел сказать тебе, что знаю твой секрет. И мне обидно, что я узнаю его от другого человека.
– Секрет? – переспросил он, затем ахнул, прикрыв рот рукой, и затих.
– Да, – кивнул я.
Скэриэл вроде бы выглядел испуганно… но меня не покидало ощущение, что он опять собрался шутить.
С покаянным видом он закивал:
– Я должен был признаться раньше, но да, ты должен знать мой секрет.
Он точно имел в виду не то, о чём я собирался говорить. Просто дурачился. Так и оказалось.
– Я ни черта не понимаю в сортировке мусора и иногда пихаю пластик не в тот пакет, – посетовал он. – Тебе Микки рассказал?
– Что? Какой Микки? – раздражённо бросил я.
– Он забирает наш мусор по утрам, – как ни в чём не бывало продолжил Скэриэл, махнув рукой в сторону окон. – Вечно мной недоволен, говорит, что я ленюсь, и за это мне приходится платить штраф.
– Он прищурился, подался ближе и шёпотом переспросил: – Так это Микки меня сдал?
– Блин, Скэр, я серьёзно! – повысил я голос.
Скэриэл снова сел, откинулся на спинку стула, расправил плечи и словно стал выше, глядя на меня сверху вниз.
– Тогда ближе к делу, – вдруг без тени шутовства выдал он. Голос стал ниже, взгляд – холоднее. – Если есть что предъявить, то не ходи вокруг да около. У чистокровных много свободного времени, вы любите тратить его почём зря.
– Да пошёл ты, – бросил я, не готовый к этой резкой перемене.
Меня внезапно разозлило то, что Скэр часто проводил негласную черту между нами. Словно я разговаривал с незнакомым… с чужим человеком.
Не знаю, чего я ожидал, когда поднялся и направился к холлу.
– Стой, подожди, – позвал Скэр за моей спиной.
Я повернулся и увидел, что он успел подняться следом. Теперь он говорил виновато:
– Прости, у меня плохое настроение с утра.
