Теперь Скэриэл вот уже несколько часов сидел в гостиной и усердно переписывал что-то из учебника в тетрадь. Настроение его было приподнятым, что опять же никак не вязалось с недавней стычкой. Проходя мимо, я заглянул ему за плечо и, пробежавшись взглядом по первой строчке, тихо спросил:
– Это латынь?
В последнее время он занимался только ею, так что тут несложно было догадаться.
– Да, – не отвлекаясь, ответил Скэриэл. – Вот послушай. – Он расправил плечи, приподнял подбородок и с торжественной интонацией прочитал: – Aut cum scuto, aut in scuto.
Естественно, я ничего не понял. Даже если он зачитывал мне это ранее, всё равно бы не вспомнил.
– «Со щитом или на щите». – Скэриэл сиял от радости, как будто сам был автором этой цитаты. – Либо победить, либо погибнуть со славой.
Я бы предпочёл и вовсе держаться подальше не только от щита, но и от любого другого оружия.
– Тебе подходит, – кивнул я.
– Надеюсь, что всё же останусь со щитом, – усмехнулся он.
– Прочти что-нибудь ещё.
Мне нравилось наблюдать за тем, как Скэриэл учится. Он с таким азартом принимался за новую книгу или задачу, что это не могло не заражать энтузиазмом.
– Imperare sibi maximum imperium est.
– И как переводится?
– «Власть над собой – высшая власть». Это слова римского философа.
– Что это значит?
– Если возьмешь себя в руки, то всего добьёшься.
Устроившись в кресле, я ещё с минуту наблюдал за тем, как он конспектирует главы. Наконец решился спросить:
– Тебе… это действительно нравится? Или это ради чистокровных?
– Артюр Рембо писал стихи на латыни, хоть и был полукровкой, – всё так же не отвлекаясь от записей, ответил Скэриэл.
– Откуда он её знал?
– Он её учил. – Скэриэл поднял голову и хитро улыбнулся. – Тёмная материя не всегда управляла миром. Да и сейчас во многих странах она потеряла свою значимость.
– Не всегда? – недоверчиво переспросил я.
– Ага.
– Но почему тогда всё вертится вокруг неё?
Прежде я почти не задумывался о том, что творится в мире, кто как живет, как всё устроено.
Всю жизнь мне необходимо было выживать, так что не оставалось времени забивать голову другими мыслями, особенно политикой.
– Просто кто-то сверху управляет всем этим и ему выгоден такой расклад.
– Ты хочешь сказать, что это чистокровные?
– Конечно. – Скэриэл потянулся, разминаясь, и встал, собирая в стопку тетради и учебники. – Чистокровным выгодна тёмная материя, потому что только они ею владеют.
