Свидетели запланированного убийства ему явно не нужны.
– Подойди, – процедил Гедеон сквозь зубы низким тягучим голосом.
Меня прошиб холодный пот. Живот скрутило, и я был готов распрощаться со своим ланчем прямо на этом ковре. Гедеон не двигался, продолжая следить за языками пламени. На его суровом лице отражалось такое негодование, граничащее с бешенством, что можно было только позавидовать его стойкости.
– Я говорил с Люмьером, – начал он, затем медленно повернул голову. Мурашки побежали по коже. Гедеон впился в меня злым взглядом.
– Не расскажешь, почему решил выбрать его в наставники?
– Просто я подумал… – подумал, что хочу ещё пожить, а не умереть от твоей руки в первый месяц, – что он неплохой вариант. Вы ведь друзья?
Я отчаянно косил под глупца и надеялся, что Гедеон проглотит мои невразумительные объяснения. Было что-то жуткое во всей этой ситуации: я никогда открыто не конфликтовал с ним, предпочитая, как и другие, сразу капитулировать. Если Люмьер хорошо знал характер моего брата и именно поэтому избегал соперничества, то я на подсознательном уровне понимал, что мне с ним не стоит даже тягаться.
Это ощущение походило на врождённый страх перед хищником.
Вопрос так и остался без ответа. Стоять под тяжёлым взглядом Гедеона было то ещё удовольствие.
– Он в порядке?
Я надеялся только на то, что Гедеон не убил Люмьера и не собирался прикончить и меня за компанию. Если он не тронул Уолдина, то, быть может, и мне удастся пережить сегодняшний день.
– В полном.
– Послушай, – я так разнервничался, что чуть было не произнёс «послушайте», – отец предложил мне в наставники Оскара…
При упоминании Вотермила Гедеон чуть скривился.
– Но я отказался, потому что слышал, что он не очень хорошо учится.
– От кого слышал?
Да все в центре знают, что Оскар пьёт, кутит и вспоминает об учёбе, только когда мистер Вотермил прижмёт. Не завидую я тому, у кого он окажется наставником.
– От Бернарда Дона, – ответил я, радуясь, что однажды он правда травил байки про Оскара и его весёлые похождения в Академии Святых и Великих.
– Ну, раз это был Бернард, – едко заметил Гедеон, – то источник у тебя самый что ни на есть достоверный.
Я растерянно посмотрел на него. Чего он добивается? Я был в полном замешательстве. Постойте, Гедеон сейчас защищает Оскара? Я правильно понял его замечание? Или он просто в очередной раз хочет ткнуть меня в мою ошибку, мол, я и с выбором наставника не справился? Ладони вспотели, и я постарался незаметно вытереть их о брюки.
