Онлайн-библиотека книг
Репейка замер возле рыбы, сверкая глазами, хотя даже не понял, какую ему нанесли обиду.
— Отличный улов, ничего не скажешь… а такую собаку и мне бы нужно. Ест она немного, а при том зубастая…
— Очень даже зубастая, — сказал Ихарош; он знал, что этот человек ворует рыбу в чужих садках и втихую ловит сетью, собака же ему нужна сторожем, чтоб предупреждала, если нагрянет рыбный надзор. — Не успеешь палку поднять, она уже три раза укусит.
— Неужто?
— А как же!
Репейка слушал беседу, посматривая то на Ихароша, то на незнакомца.
— Складная собачка, а уж злющая… ну да переманить и ее можно…
— Что же, попробуй, — рассердился старик, а незнакомец уже вытащил из сумы кусочек сала.
— Погляди-ка сюда, щенок. Как зовут-то его, дядя Ихарош?
— Щенок и есть щенок. Сам сказал…
Репейка действительно повернул голову к незнакомцу.
В треволнениях скитаний дисциплинированность Репейки поколебалась, но этот человек сразу показался ему противным, и Репейка словно услышал голос Додо: нельзя!
Репейка покосился на сало и не шевельнулся. Чужак вытаращил глаза и даже разинул рот. Репейка взглянул на старика, словно ожидая распоряжения от него, но Гашпар Ихарош и сам не верил тому, что видел.
— Можешь вымыть руку, Дюла. Этот щенок не пойдет за тобой, хоть рука твоя и пахнет салом. Словом, не такая уж это крыса, а?…
— Да что уж, какое там! Если будут у нее щенки, я бы купил.
— Не проси у козла молока, Дюла, это ж кобель…
— Еще и кобель! Ну, что ж, приятного вам аппетита к рыбке, — коснулся шляпы Дюла, и Репейка тоже встал. Он подождал, пока чужак минует их, и побежал по дорожке.
Сало осталось нетронутым.
— Репейка, — проговорил Ихарош немного спустя, — Репейка, не знаю, кто был твой хозяин, но знал бы — сам бы тебя отдал… уж как он горюет небось по тебе, да оно и не диво… Иди сюда, Репейка!
Щенок крутанулся на месте и сел перед стариком, словно перед Оскаром:
— Слушаюсь!
Старик долго молча смотрел в умные, преданные, теплые глаза щенка, морщинистая рука опустилась, погладила его.
